Практическое руководство по оборотничеству

 – Ни у кого, кроме меня, не хватит на это духу.

– Ты только по головам не иди, ладно? Совесть свою слушай иногда. Без человечности ты можешь свернуть с намеченного пути и сам того не заметить.

– Я не умею слушать мертвых, Юрий Павлович. А человечность… Я думаю, то, что вы подразумеваете под этим понятием – это пережиток прошлого. Я же будущий представитель нового человечества.

– Смотри, чтобы гордыня не пожрала тебя, мой мальчик, – грустно ответил ему учитель, – хотя думаю, кое в чем ты прав – я немного устарел.

– Да бросьте, Юрий Павлович, я не знаю ни одного человека старше восьмидесяти, который был бы столь же прогрессивен, как и вы.

– Стараюсь-стараюсь, – улыбнулся старичок, пригладив небольшую бороденку.

«Восемьдесят лет?! – шокированно пискнула Катя. – Да у него даже волосы не все поседели! Ты точно врешь!»

– Ладно, если у тебя есть срочные дела, можешь идти, я разрешаю.

– Спасибо вам, – коротко поклонился Витя, ловко встал на ноги и пошел в сторону выхода.

А тем временем мужчина уже бежал на новую встречу. Он заскочил в ангар, где стояли автомобили, запрыгнул в одну из машин на заднее сиденье и похлопал по водительскому креслу:

– Трогай!

Машина сразу же завелась, и низкий мужской голос с переднего сиденья пробасил:

– А ты раньше, чем договаривались.

– Спроектировано! – надменно ответил Виктор и начал стягивать с себя кобуру, потом и комбинезон, вновь оставаясь в одном нижнем белье. Катя с деланным пофигизмом отвернулась. Снаружи было уже темно. Интересно, сколько времени они провозились в школе?

– Эй, я кому сказал не терять меня из виду? – он щелкнул хомячка по лохматой спинке. Хомяк выкрутился и цапнул Витю за палец, после чего снова отвернулся.

– Ай!

– Что? – переспросил водитель.

– Юрий Павлович, говорю, раньше отпустил. Из-за ранения.

– Так ты ранен?

– Ага, – невесело ответил Виктор. – Довольно сильно. Так что сегодня я побуду приманкой.

– Шлем возьмешь?

– Не-а. Нельзя. Но ничего, у меня есть выход.

– Как скажешь.

Водитель замолчал. Витя закончил переодеваться в повседневку и взял хомячка на руки. Он посмотрел Кате в глаза-бусинки, сделал жест «цыц» и посадил ее себе в капюшон.