17 дней пути некроманта

– Сегодня с ней проведут работу, обучат, что и как нужно делать. Если не ошибаюсь, эти храмовники до сих пор подчиняются своим строгим законам поведения.

– Да,– подтвердила я.– Они всегда были консервативны. Довелось мне с ними сталкиваться.

– Профессор, я прошу меня извинить, но я обязан это сделать,– мужчина решительно встал, достал из стола небольшой ритуальный нож и, подойдя, протянул мне руку.– Мы с вами родились в одинаковых по значимости для страны родах. Вы должны меня понимать.

Вот тут я удивилась несказанно.

– Вы уверены, Ваше Величество?– я тоже поднялась.

– Я всегда уверен в том, что делаю,– голос у него был твердым.

Вырос вчерашний мальчишка-студент, подумалось мне. И я без сомнений достала свой ритуальный кинжал. Аккуратный надрез на запястье, почти царапина, и я протянула ему свою ладонь.

– Я, Свияга Дайдрейн, некромант, обязуюсь стать сопровождающей и защитником в пути для Эммы Ромтийской. Обязуюсь всячески сохранять ее физическое здоровье и жизнь. Обязуюсь всеми силами стремиться к достижению цели нашего с ней пути, а также стараться доставить ее обратно, в независимости от результата ее лечения. Моя кровь и моя тьма тому свидетель.

С последним словом по магическим артериям моей руки потекла тьма, разливаясь по коже и аккуратно дотрагиваясь до короля.

– Я, Апполион Гадрест, Король Ромты, обязуюсь оказать любую возможную помощь в деле Свияги Дайдрейн по сопровождению моей дочери, Эммы Ромтийской. Обязуюсь сделать все от меня зависящее, чтобы их путешествие было комфортным и безопасным. Обязуюсь вознаградить Свиягу Дайдрейн так, как она пожелает,– тут король все-таки немного запнулся. Тяжко было обещать то, чего не знаешь.– Обязуюсь не предъявлять ей никаких претензий в случае неудачного или невозможного излечения моей дочери.

По руке короля так же, как и у меня, потекли черные ручейки энергии. Когда наша тьма смешалась, возникло неяркое серебристое свечение, окутавшее наши ладони. Удар сердца и все исчезло. Красный договор был заключен.

3.2.

Как только мы разняли руки, государь Ромты пошатнулся. Благо, рядом оказался стол и он оперся на него.