Эксперимент в Даймонде. Пора сделать выбор

В эту ночь им предстояло посетить еще кое—кого.

Глава 2

Человека звали Максимом. Он проснулся утром и обнаружил подушку мокрой от пота. Выбравшись из—под одеяла и не заправив постель, Максим ринулся в ванную комнату, поскорее включил воду в душе и встал под прохладную струю. Точные воспоминания о сегодняшнем сне преследовали его и не давали разуму покоя ни на долю секунды. Юноша ясно видел перед собой ту картину, которая поглотила его покой и боевой дух ночью. Как же Максиму хотелось забыть обо всем! Но поделом ему.

Собравшись с истерической скоростью, он выбежал из дома и чуть не сбил с ног соседа, возвращавшегося домой из продуктового магазина. Максим ничего не сказал, захотел побежать дальше, но тот окликнул его:

– А у вас спичек не найдется? Все разобрали.

Кожа покрылась мурашками, а Максим решил не поворачиваться лицом к соседу и кое—как выдавил из себя: «Неа». И ушел прочь.

Через полчаса выяснилось, что друзья уже долго ждут его в сквере, распластавшись на скамейке.

Вид у них был расслабленный, слышались отрывистые смешки.

– Здорово, Макс!

– Ну ты чего такой кислый, а?

– Еще не проснулся, – ответил за него Илья, повертев в руке наполовину пустой бутылкой. – Перебрал.

– Нормально, – отозвался Олег.

Максим кивнул и сел рядом с товарищами. Илья хлопнул его по плечу:

– Очнись давай. Вчера такой куш сорвали вместе, надо отметить. Верно, парни?

Двое, не считая Максима, согласились с таким привлекательным предложением.

Правда, один из них не очень охотно: сперва он убедился, что Олег ответил «да», что Илья при этой мысли расплылся в блаженной улыбке, а потом и сам мотнул головой, мол, и он не против.

Максим никого не слушал, голоса его «братьев по духу» где-то терялись и превращались в беззвучье. Он думал, он вспоминал и кусал губы.

– Пойдем в лес, разведем костер и будем сосиски жарить еще! – продолжал явный лидер их небольшой банды. – Заскочить еще в ларек надо. Да?

Олег легко толкнул Максима, желая восстановить с ним связь.

Тот очнулся наконец и осознал, что у него уже нет сил держать переживания об известной вещи в себе, поэтому решил обо всем рассказать парням.

Он рассказывал, порой останавливаясь и жадно втягивая в себя воздух, как будто его не хватало вполне. Товарищи слушали его с выпученными и полными непонимания глазами. Видимо, им казалось, что кое—кто (для них, конечно, очевидно, кто именно) из компании слетел с катушек.