Дом на глухой окраине

А реку второй день прочесывают, но там внизу по течению омуты, так что…

– Да я не про него. – Вика уже почти забыла о Васе и теперь чувствовала себя виноватой, хотя сама не знала почему. – Те звонки, о которых я говорила. Там…

– Ой, Победа, заканчивай ты с этим! – начал злиться Сычев. – Пошутили – и будет. Дед твой не одобрил бы.

Вика собиралась ответить, что ей плевать на его одобрение, но вдруг почувствовала, что это не так. Человек, который давно перестал играть хоть какую-то роль в ее жизни, странным образом продолжал управлять ее поведением, пусть и не напрямую.

– То есть никаких новостей нет? – протянула она, прикидывая, может ли участковый еще не знать об освобождении детей. – Вообще никаких?

– Я тебе что, радиостанция? За новостями – туда. А мне на работу надо.

– А… А я к вам по одному делу…

Сычев уже развернулся, чтобы уйти, но остановился и внимательно на нее посмотрел. Вика смутилась. После истории с телефоном говорить о покушении в душе было по меньшей мере рискованно: участковый и так думает, что она издевается над ним.

С другой стороны, как об этом не сказать? Он же сам знает, что отношение местных к ней предельно неприязненное. Да и Женя еще…

– Меня убить пытались, – тихо выдавила Вика. – И мне не показалось, мой жених – свидетель…

Сычев внимательно ее выслушал, с удовольствием зевнул и без интереса уточнил:

– Ну, значит, настоящего покушения не было?

Вика скрипнула зубами. Становилось очевидным, что ей никто не поможет. Вступать в дискуссию бессмысленно, жаловаться начальству Сычева – скорее всего, тоже.

К тому же Лев вряд ли подтвердит ее историю. Вернее, подтвердит, но с другого ракурса, который окончательно уничтожит любое доверие к ее словам. Может, действительно взять билет на автобус и просто уехать?..

– Вам будет стыдно, когда вы обнаружите мое бездыханное тело, – с упреком сказала Вика.

– Лишь бы оно было молчаливым.

– Хорошего дня, – процедила она сквозь зубы и зашагала прочь, не забыв предварительно пнуть его калитку.

Ладно покушение, возможно, у того, кого она видела ночью рядом с домом, не было совсем уж злого умысла убить ее – если бы и правда хотели убить, уже убили бы. Но что насчет детей? Она отчетливо слышала, как мальчик говорил, что помощь подоспела, а Сычев до сих пор не в курсе? Не исключено, что дозвонившийся до нее ребенок живет не очень близко, участковый мог и не знать о его пропаже. Но какие-то ориентировки у него все равно должны быть.