По закону совести

Дима был странно молчалив, что порядком беспокоило; впрочем, вполне возможно, он знал погибшего, и, конечно, в его возрасте гибель Артёмова оказалась настоящим шоком. Ей и самой было сильно не по себе. Оставив ребёнка наедине с его терзаниями, Яна отправилась в свою комнату и, переодевшись ко сну, легла в кровать.

День выдался чересчур насыщенным, и она была уверена, что мгновенно уснёт, но льющиеся сплошным потоком мысли никак не позволяли расслабиться. Яна несколько раз вставала, ходила по комнате, выглядывала в окно, которое к ночи в самом деле начало дребезжать, и никак не могла выбросить из головы последние события.

Особенно беспокоила судьба Димы – он изо всех сил крепился, но явно тосковал по тёте и в будущее смотрел без всякого оптимизма. В конце концов девушка с трудом открыла окно и высунулась по пояс, надеясь разглядеть над озером звёзды. Несмотря на все её потуги, пасмурное небо светлее не стало.

***

Проснулась она ближе к одиннадцати, когда услышала в коридоре неумелые шаги своего подопечного.

Костыль ритмично отстукивал по ковровому покрытию, приближаясь к её комнате, после чего замер и перестал издавать какие-либо звуки.

– Ты подслушиваешь или хочешь войти? – язвительно поинтересовалась девушка.

– Первое, – очень спокойно отозвался Дима, заходя в комнату. – Я на завтрак сырники поджарил, спускайся.

– М-м-м… Сырники? Ты что, умеешь готовить?

– А что мне ещё делать? Бегать? – Он удалился, предоставив Яне возможность одеться.

На этот раз она выбрала широкую клетчатую юбку по колено и жёлтый джемпер с небольшим декольте.

За модой Яна не следила и вообще не любила наряжаться, но в город своего детства специально привезла самое лучшее.

Сырники удались на славу; девушка никак не ожидала от Димы таких кулинарных талантов и искренне его похвалила. Мальчишке явно было приятно, но он очень постарался ничем этого не выдать. Позавтракав, парень заявил, что Яне предстоит помыть посуду и отправиться на работу к его дражайшей тёте.

– Это ещё зачем? – девушка чуть не подавилась.

– Поспрашиваешь там о ней, наведёшь справки, с боссом поговоришь. Он постоянно к ней под юбку лез, так что и тебя оценит.

Она всё же закашлялась.

– Это тебе Эльмира рассказывала?

– Ага. Она мне часто на жизнь жаловалась. Ты тоже можешь, – задумчиво добавил он. – Я психологом хочу стать. То есть как хочу – это скорее вынужденно. В общем, ты без проблем можешь изливать мне душу, я никому ничего не скажу.