Моя ожившая тень

Было ей едва ли больше двадцати, светлые наивные глаза никак не сочетались с мрачноватой деятельностью, а простые чёрные джинсы и синяя футболка и вовсе свидетельствовали о прискорбной профнепригодности. По крайней мере, так должны были думать посетители, жаждущие зрелищ и чудес.

– Серьёзно? А можно узнать, чем вы руководствовались, выбирая псевдоним? Просто он настолько…

– Это настоящее имя, – безразлично сообщила колдунья. – Родители так назвали, могу паспорт показать.

– Да я верю…

– Конечно верите, я же тут не одна такая.

Станислава почувствовала, как вдоль позвоночника пробежал неприятный холодок, но сразу успокоилась: скорее всего, Натали предупредила хозяйку салона о её визите, а может, спортивная слава оказалась несколько громче, чем ей представлялось.

– Ну и за чем я пришла? – скептически поинтересовалась девушка, однако тут же себя перебила: – Впрочем, не напрягайтесь, и так ясно, что вам уже сообщили.

– Я ведь сказала: то, за чем вы пришли, не имеет значения.

– И как, найду? – ядовито уточнила Стася.

– Если хватит сил.

– А если не хватит?

– На дне всегда спокойно, – равнодушно заявила Жозефина и, взмахнув каким-то чёрным занавесом, ниспадающим с потолка, благополучно за ним исчезла.

– Да что за чёрт? – вполголоса возмутилась девушка. – Неужели даже денег не потребует?

– Я не беру плату за то, в чём не могу помочь, – глухо донеслось откуда-то слева.

– А за котом когда приходить? – ехидно напомнила Стася и, не дождавшись ответа, вышла на улицу.

После прохладного полумрака магического салона солнечный свет показался особенно ярким, а центр города – особенно шумным и оживлённым. Было ощущение, будто она покинула древний склеп, где провела в заточении многие годы, и снова вернулась к людям, которые успели забыть о её существовании. Ошалело поморгав, Стася спустилась по ступеням и, постояв на твёрдом тротуаре, с облегчением выдохнула: наваждение спало, перед ней лежал привычный человеческий мир.

– Кое-кто до безобразия предсказуем.

– Мы вроде бы договорились, что сегодня ты зализываешь раны и не раздражаешь мою нервную систему. – Она окинула недовольным взглядом живого, но сильно побитого судьбиной Вольтова, на физиономии которого восхитительным сине-розовым цветом переливались аж два крупных фингала.