Леди травница

Его свита, состоявшая из еще двух разодетых парней и одной девушки в ярком изумрудном платье, одобрительно хихикала.

– Никогда зданий, выше рибозы* (*лиственное дерево наподобие нашей березы), не видела? – поддакнула девица. – Хоть бы с дороги отошла.

До презрения, которым меня облила эта компания, было далеко даже Его Светлости в самом начале нашего знакомства. Я молча посторонилась. Они прошествовали мимо с гордо поднятыми головами и, не оборачиваясь, скрылись в здании.

– Не обращай внимания, – тронула меня за рукав Силия.

– Они всегда такие, – хмуро добавила Элика, наша соседка. – Считают себя королями университета, а все остальные – грязь под их ногами.

– Королем, конечно, принцу Эдрику не стать, но тут действительно нет ему равных по статусу, – вздохнула Рамира, вторая соседка, с тоской глядя вслед вышеупомянутому принцу.

– Принц Эдрик – который брат нашего короля? – хмуро уточнила я.

– Именно, – подтвердила Силия мою догадку. – В основном у нас тут без конфликтов, но дорогу Эдрику и его компании никто старается не переходить.

– А как же сын Фливалийского короля, Ирвин? – напомнила Элика. – Он не уступает по статусу Эдрику, но нос не задирает.

– Так он вообще почти ни с кем не общается, – отмахнулась моя соседка по комнате. Очевидно, в отличие от Эдрика, иностранный принц девичьи умы не занимал. – Странный какой-то – нелюдимый и постоянно себе на уме.

– Идемте на занятия, девочки, а то опоздаем, – с неохотой позвала Рамира, и мы дружно двинулись к высоким двустворчатым дверям.

Огромный холл встретил суетой. Студентусы спешили в аудитории, здоровались на ходу, изредка обнимая друг друга и хлопая по плечам, среди этой бурлящей толпы встречались преподаватели, которых легко было отличить по степенности, присущей всем магистрам, и наличию обязательной мантии. Хорошо хоть парики с буклями, как выяснилось, им приходится надевать только в исключительных случаях. Студентусы от ношения формы были освобождены, единственное условие – обучающиеся должны были носить значок с эмблемой факультета на видном месте.

Я же подобную этой суету доселе наблюдала лишь на воскресном рынке, когда к нам в город съезжались торговцы со всей округи, и каждый местный житель стремился урвать товар посвежее и получше. И как же это все отличалось от степенной жизни в поместье Ревьен, к которой я уже успела привыкнуть! Казалось, я попала в совершенно другой мир, чуждый, непонятный и этим пугающий.