Тайны есть у всех

А оно у вас чистая амброзия, нектар, шедевр – разливалась я соловьем.

Шеф-повар обмяк и заметно повеселел. Чертяка, любит льстивые речи. Есть у него Ахиллесова пята, как слышит похвалу своих кулинарных изысков, из злобного черта превращается в плюшевую милашку.

– Ладно, Катюш, если все нормально, то и не буду переживать. Так, что встали, за работу – уже веселым голосом крикнул он кухне и все забегали-зашевелились.

Танцующей походкой я пошла в свою берлогу, решив испить кофейку. Есть у меня в заначке полпачки вьетнамского кофе из нашей последней поездки.

Налив в чашку с надписью Turkey 2006 кофеек, я достала из сумки мобильник. Четыре пропущенных – Альбинка два раза, соседка по лестничной клетке и незнакомый номер. Кому надо – перезвонят, соседка наверняка опять будет деньги клянчить, ни разу еще долг не отдала, позвоню-ка я лучше Альбине.

– Привет, моя ученая подруга! От тебя аж два пропущенных. Так соскучилась или…?

В трубке что-то захрипело, я удивилась.

– Мать, что у тебя там?

– Ох, спину прихватило, проклятые сквозняки в этом Богом забытом Вузе – начала жаловаться подруга – я сбежала с лекций и еду к Волшебнику. Волшебникам мы называли Женечку – массажиста с необыкновенными руками, к услугам которого мы часто прибегали.

– Ладно, не буду тебя отвлекать. Лечись, дорогая. Ты нам нужна здоровая. Жене большой привет от меня и нежный поцелуй, моя спина его помнит.

Положив трубку, я открыла ноутбук и зашла в свой почтовый ящик.

Прочитав письмо, я откинулась на спинку кресла и достала из стола сигареты. Что это…? Развод, шутка или…? Текст письма был таков:

«Уважаемая госпожа Рижская! Ставлю вас в известность, что 1 февраля сего года после продолжительной болезни скончался мой доверитель Рижский Марк Анатольевич. Для более детального обсуждения завещания, в котором упомянуты и вы, приглашаю Вас посетить наш офис, расположенный по адресу: город Москва Большой переулок дом 12.

Я долго сидела в раздумьях и смолила сигарету за сигаретой. Мои родители с упоением употребляли горькую и про неизвестного мне Марка Анатольевича не рассказывали. Хотя, мои прародители иногда забывали и собственные имена.