Блэкджек для дилетантки

Пока ехали в лифте и заходили в квартиру, не проронили ни слова. И только в прихожей, сгрудив пакеты у стены, Никита в своей обычной манере промолвил:

– Новости есть?

Я так поняла, что в разговорах со мной квартирант придерживался исключительно золотого правила, того что гласит: краткость – сестра таланта. И припоминая наши немногочисленные беседы, пришлось признать: Мороз – ну очень талантлив.

– Ага, сколько угодно: хочешь телек включи, а хочешь в Интернете почитай… – внезапно перешла я на «ты», хоть и не собиралась с ним фамильярничать.

– Заканчивай этот цирк, – прервал Никита Максимович и таким взглядом полоснул, что за ножи на собственной кухне вмиг сделалось стыдно, ибо на предмет остроты им со взором Мороза не тягаться.

Тяжело вздохнула и призналась:

– Если ты про квартиру, то ни единой. Бывшие квартиранты не объявлялись, из агентства не звонили, впрочем, как и участковый с этой старшей по подъезду. Как ее там…

– Зинаида Матвеевна, – подсказал Мороз.

Я согласно кивнула и продолжила топтаться на коврике в прихожей.

– Все тихо? – спустя некоторое время уточнил он.

– Как на кладбище, – мрачно подтвердила я.

– Никаких новых знакомств?

Взглянула на мужчину с неодобрением – не он ли пять минут назад, не потратив и слова, прогнал от меня единственного кандидата?

– Да я из дома сегодня первый раз вышла.

– Может в Интернете, соцсетях?

– Типа мне лайк кто-то поставил, и завязалась беседа? – с издевкой уточнила я.

Современные средства общения и образ Мороза в моем сознании почему-то не стыковались. Не удивлюсь, если у него даже «Вотсапа» нет. Квартирант молчал, видимо в знак согласия, а потому пришлось продолжить:

– Нет. И телефоном никто не ошибался, и за солью не приходил, почтовый ящик пуст. Говорю же ничего нового. Обои вот только новые купила, – кивнула на пакеты, что мужчина помог донести до квартиры. – Даже таксист знакомиться не стал, видать не по вкусу пришлась.

– А клеить кто будет?

– Кого?

– Ну не тебя же, обои, понятное дело.

– Сама, – неохотно призналась и удостоилась очередного красноречивого взгляда.

Однако, со взглядами у Никиты Максимовича дела обстоят куда лучше, чем с разговорным жанром. На редкость многогранная палитра.

– Отлично, – отчего-то порадовался тот, потер ладони и следом огорошил: – Значит, я помогу.

Мгновение я пребывала в прострации.