Не та истинная. Руки прочь от сестренки, чешуйчатый!

Гомон улицы давно наполнил помещение, но я находилась словно в подпространстве, отрезанная невидимой стеной от всего происходящего. Примерно четверть часа спустя я услышала звук приближающихся осторожных шагов.

– Роуз? – позвал испуганный голосок Эви.

– Я тут, – усилием воли заставила себя выдохнуть ответ. – Можешь входить, он ушел.

– Я так испугалась, Рози, когда раздался тот «бум», – бросилась ко мне сестренка и затряслась. – Мне показалось, даже стены нашего домика качнулись. Но проверить, что происходит, я не решалась.

Ты же запретила показываться на глаза дракону…

– Все в порядке, Эв, – шептала я и прижимала к себе тоненькое тельце, казавшееся в сравнении с громадой дракона, что совсем недавно довлела надо мной, особенно хрупким. – Все хорошо. Мы справимся и на этот раз, – как заведенная твердила я. Не знаю для кого больше: для сестры или же все-таки для себя.

– Так что тут произошло?

– Я немного рассердила дракона…

– Немного? Может, нам лучше уехать? Начнем жизнь заново где-нибудь подальше отсюда, нам не привыкать.

– Не получится, он найдет нас везде. Следящие артефакты не снимаются, забыла?

– Испортим их как-то. Давай к той же Верде обратимся! Раз уж она смогла помочь нам разделить кровь друг с другом, чтобы помочь мне выздороветь после отравления, с побрякушками точно справится.

– Ч-ш-ш-ш, – я зажала ладонью ей губы. – Никогда не говори вслух об этом. А лучше всего вообще забудь, что мы сделали. Даже у стен бывают уши, а мы так вообще без окон сидим.

Верда запретила вновь приезжать к ней, отдав старый долг нашей матери, в столице же никто нам не поможет. Во-первых, не станут связываться с драконьей магией, а во-вторых, погонят нас, как только узнают, чьи мы дочери.

Все маги очень остро восприняли тот факт, что именно их сородичи яростнее остальных желали избавить наш мир от чешуйчатых, видя в последних лишь угрозу. Поэтому теперь практически каждый маг старался выслужиться перед общественностью и завоевать ее уважение, к сожалению, зачастую за счет таких, как мы с Эви.

Родственникам казненных заговорщиков отказывали в магической помощи – таково было негласное правило.

– И что ты предлагаешь? – нахмурилась сестра. Даже это у нее получалось на загляденье красиво. Любовалась бы и любовалась, не принеси нам ее красота столько бед.

– Как-то жить. Деваться нам все равно некуда. Тебе – вдобавок прятаться от мужчин. Подвал, чердак – смотри, какой широкий выбор.

– Издеваешься, да? – надулась Эв.