Знаешь, я не твоя

Он навалился на нее своим телом, прижимая к постели и чуть заметно усмехнулся. На все эти движения ушло от силы несколько секунд, а ей кажется, что она лежит уже так целую вечность!

– О, Боже отодвинься от меня, – прошептала отчаянно.

Низ живота реагировал странно, обдавая теплом и болью, и это неимоверно повергало в шок. Но еще больший шок она испытала, когда почувствовала, что он тоже не спокоен – слишком твердо и вдруг сильно он упирался в ее бедра.

– Кирилл, слезь с меня! – пришлось уткнуться ему в грудь, чтобы сказать это, потому как камера двигалась и брала крупный план.

– Тише, малышка, – шикнул он. – Сам не ожидал, что так отреагирую на тебя. Выдохни и скажи уже, наконец, свой текст.

– Но…

Он на мгновение приподнялся над ней, но тут же опустился вновь, устраиваясь «поудобней». Лика обессиленно замерла. Голова закружилась. Язык онемел.

До этого вот момента её промежность ощущала твёрдость лишь её мужа, а тут…

– Говори, что молчишь?! – тихий шепот.

– Лика, начали! – Прозвучал голос Альберта.

Лика напрягла память. Строчки текста – их было то всего несколько штук! – заплясали перед глазами в пьяном танце. Господи, какой Баринов горячий и тяжелый. И как головокружительно от него пахнет.

– Я не думаю, что мы увидимся вновь, но эта ночь станет особенной, – прошептал он, и она вспыхнула, не сразу осознавая, что это всего лишь слова из её текста.

– Спасибо, – прошептала она и, откинувшись расслабленно на подушку, попыталась сыграть эту роль.

Одной рукой обвила его шею, пальцами второй прошлась по его чуть раскрытым губам, притянула игриво к себе и громко сказала, глядя прямо в глаза:

– Я не думаю, что мы увидимся вновь, но эта ночь станет особенной!

– Не правда, детка! Она станет самой яркой в твоей жизни.

Он пальцами сжал ее скулы и впился поцелуем в ее рот.

– Камера, стоп!

Услышала она голос режиссера словно сквозь толстый слой ваты. И очнувшись, уперлась ладонями в грудь Кирилла, отталкивая от себя.

– Молодцы, – похвалил Альберт. – Вы на удивление гармонично смотритесь полуобнаженными в кадре. Я думаю, это будут красивые сцены наших будущих откровенных съемок. Спасибо.

Лика облегченно выдохнула. Баринов еле заметно усмехнулся, и отчего-то показалось, что эти слова станут пророческими и именно сейчас моя жизнь разделилась на «до» и после.