Полосатый рейс (сборник)

 – Пойми, Маришка, главное в человеке – система, порядок, собранность, аккуратность. Все об этом пишут! – Он тычет пальцем в книжные корешки… – Вот… Великий педагог Ушинский… Макаренко… Песталоцци…

Маришка безудержно хохочет, оттого что, пока капитан произносит со всей серьезностью эту сентенцию, у него болтаются подтяжки, как хвосты.

Смех девушки выводит капитана из себя. Он швыряет на пол толстую книгу.

– Плетка тебе нужна, а не Песталоцци!

Василий Васильевич взволнованно поворачивается и идет к двери.

– Не трогай меня! – говорит капитан, не оглядываясь. – Мне не о чем с тобой говорить.

Он раздраженно шагнул вперед, подтяжки срываются и с силой хлопают его пониже спины.

Маришка истерически хохочет – она уже не может остановиться.

– Тебе смешно? – рычит Василий Васильевич. – Хватит! Властью капитана и дяди я сажаю тебя под арест!

На двери Маришкиной каюты большой, как калач, замок.

Кок Филиппыч отмыкает замок и кричит:

– Выходи на штрафные работы!

Щурясь от солнца, выходит Марианна.

Возле камбуза ее поджидают верные друзья – Мотя и Сидоренко.

– Мариша! – говорит Сидоренко. – Мы с тобой. Мы, как мушкетеры!..

Филиппыч обрывает его:

– Катись отсюда, мушкетер, мелкими брызгами! Не велено общаться.

Он заводит Марианну в камбуз и дает ей мешок с картошкой.

– Вот. Очистки кидай в ведерко.

В камбуз протискивается Шулейкин.

– Отбываете, значит, – констатирует он с удовлетворением.

Маришка с отвращением чистит картофель.

Шулейкин приподнимает крышку кастрюли.

– Какой увар-то? – деловито спрашивает он Филиппыча. – Процентов сорок дают?!

– Вот человек! – назидательно говорит Филиппыч Маришке. Укротитель зверей, а понимает даже кулинарию… А тебя учи, не учи…

– А кто раскладочку утверждает? – интересуется Шулейкин.

– Старпом, Олег Петрович.

– Серьезный товарищ, – одобряет Шулейкин. – Капитан против него куда пожиже.

– Так он сам был капитаном, – вздохнув, говорит кок. – На этом же «Евгении Онегине», да вот понизили беднягу.

– Ай-яй-яй!.. И за что же это?

– За пассажирку. Он в нее влюбился без памяти, а она ему мозги крутила… Красивая была, артистка по профессии. Фигурой на ходу повиливала – дух захватывало. Эх! – спохватывается кок. – Лавры! Лавры-то я забыл положить.

Он кидает в суп лавровый лист.

Маришка с нетерпением ждет продолжения рассказа.