Письмо из прошлого

– Ну да, – он передразнил ее без злости, улыбаясь, и взгляд его стал мягче. – Я спрашивал тебя, Маша, что ты забыла здесь, поздней ночью среди этих лопухов? Смотри, они ненадежные.

– Я бы даже сказал опасные! – прыснул со смехом Леня.

– Да я так, ненадолго. – Маша сжалась от его взгляда.

– Так, мимо пробегала. – Заржал Матвей. – И вообще, кто тебе сказал, что ненадолго?

– Я сказала! – Маша встала, выбросила пустой стакан в урну. – Ладно, мне пора.

– Дома заждались? – спросил Максим.

– Да.

– Не ври! – скорчился Игорь. – Никто тебя там не ждет, что мы, не знаем что ли!

Маша растеряно заморгала ресницами, чувствуя на себе тяжелый взгляд Максима и жуткую, обжигающую лицо неловкость. Надо же, как тяжело может быть не физически, а душевно.

– Темно уже одной ходить. И поздно. Пару песен и я провожу тебя до дома.

– Ого, что за честь! – прыснул Игорь, но под тяжелым взглядом старшего брата, замолчал, но смеяться не перестал, впрочем, как и остальные.

Прежде чем ответить, Маша взглянула на Максима, смущенно покраснела, опустилась обратно на скамейку.

– Хорошо. Спасибо.

– Давай, играй, чего сидишь. – Сказал Максим, посмотрев на Руслана, и неожиданно подмигнул ей.

Руслан взял гитару, и полилась музыка. Чистый кайф, подумала Маша, чувствуя, как поднимается настроение. Пришел Максим и легкий трепет заполнил все внутри – каждую клеточку, каждый миллиметр ее тела.

Маша закачалась из стороны в сторону, довольно улыбаясь, когда все запели.

– Дай-ка мне. – Сказал он вдруг, и взял у Руслана гитару. – Маша, что будем петь?

Она обмерла от неожиданности, пожала плечами. Хочется нежного, чтобы он и только для нее.

– Может быть «Дыхание»?

– Наутилус?

– Да.

– Можно. – Он улыбнулся, пару раз ударил пальцами по струнам и начал играть.

Восторг! Это почти счастье. Вот так просто, и ты в облаках…

Он запел и на куплете вновь посмотрел на нее.

Маша заерзала на месте. Не показалось – смотрел! Следующий куплет она запела вместе с ним. Какой у него голос шикарный! Она и не догадывалась об этом, а глаза синие-синие, губы…

– Котовас, ты сейчас задохнешься! – заржал сидевший рядом Игорь. – Ты близко к сердцу воспринимаешь слова этой песни.