Глаза колдуна

И опять никто не узнал правды: Винсенту не страшны были пули и взрывы, а вот горы мертвых тел испугали до обморока, в который он проваливался всякий раз, как вспоминал о случившемся в Сонгми. Даже спустя столько лет Теодор с трудом может думать об этом.

Он и теперь отворачивается от разложенных на столе фотографий, пока на обратной стороне его век отпечатываются в дрожащих блеклых вспышках бледно-желтые лица детей и женщин. Сотни мертвых тел. Ту операцию официально признали резней лишь спустя десятки лет.

– Тебе не обязательно с таким упрямством рассматривать все это, – тихо произносит Бен.

Теодор стискивает в руке фотографию солдатского отряда. Из пятерых в живых остались трое, но о терроре в Милай молчали все. Включая Винсента. Он перебрался в Нью-Йорк, сменил имя, пользуясь своей подставной смертью, и решил забыть о войнах навсегда.

– Теодор.

Бен аккуратно вынимает у него из рук скомканный снимок и отодвигает в сторону остальные.

– Ты прав, я не буду их рассматривать. Это… – Теодор запинается, пытаясь подобрать правильное слово. – Это все лишнее. Зачем ты вообще притащил их сюда? Как будто я сам про себя не расскажу.

Он чувствует собственную уязвимость и потому вспыхивает, как подросток.

– Проклятье. Как это поможет отыскать крысеныша Палмера?

– Шона.

– Мне наплевать, пусть хоть Дейла Купера[8 - Дейл Бартоломью Купер – вымышленный персонаж телесериала «Твин Пикс», специальный агент ФБР.

Бен терпеливо ждет, пока Теодор успокоится, и только потом, не повышая голоса, говорит:

– На фотографиях стоят даты, если ты не заметил. Клеменс сказала, что их проставил Шон, и они неправильные. Например, – Паттерсон тянется к самому потрепанному снимку – пыльная дорога, идущая по ней рота уставших солдат в форме американских войск времен Второй мировой войны. Это было на Окинаве, Теодора звали Эндрю, и на снимке он отмечен жирным полукругом.

– Например, вот здесь, – тычет в фотографию Бен.

В засаленном углу стоят полустертые от времени цифры. Январь 1983.

– Это было в начале лета 1945, – хмурится Теодор. Двигается ближе к столику, выхватывает у Бена снимок. – Здесь еще слово. Карандашом написано, видишь? Кажется, «Абердин, Вашингтон».

Бен охает.

– Ты там жил?

– Не помню. Не после войны. – Теодор качает головой и рассеянно бросает фотографию на стол к остальным.