Станешь моей

Вот так вот! Я принялась доставать сменное белье и моющие средства, когда он заговорил.

– Ты не ответила на вопрос.

– Мне кажется, – я подняла руку с кольцом, – это мой ответ.

Мужчина цокнул языком.

– Значит, не ответишь?

– Нет. Извините… Э-э-э, – я хотела назвать его по имени, но вспомнила, что не знаю, как правильно к нему обращаться.

– Артур.

Он понял мою заминку.

– Мне нужно работать, Артур Тимурович, – тихо проговорила я и принялась за уборку. Пожалуйста, пусть он уйдет!

Артур поморщился, словно от сильной зубной боли.

– Просто Артур. Значит, не скажешь… Хорошо. Узнаю сам.

Подмигнул мне и вышел из номера.

И я, наконец-то, смогла выдохнуть с облегчением.

Но я знала, что это был только первый раунд.

Глава 3

День был суматошным. Я постоянно оглядывалась, боялась наткнуться на смешливый взгляд Артура Тимуровича. Мысленно называла его по имени и отчеству, хотя он просил звать его просто по имени. Но я делала это специально. Таким образом подводила черту между нами.

Он – мой босс, я – его подчиненная. Нас не могу больше связывать никакие отношения. Как бы красив и самоуверен он не был. Я не шлюха. Я не люблю своего мужа, но я не предам его. Не предам сына.

И, слава Богу, что Артур Тимурович больше не появлялся за день рядом со мной. И я расслабилась. А он, казалось, только этого и ждал.

Я вошла на небольшую кухню, где готовили еду для персонала и устало опустилась на стул.

Кухарка, Анна Павловна, а в народе просто Аннушка, молодая женщина лет сорока, крутилась возле плиты.

Ее лицо раскраснелось, и женщина то и дело тяжело вздыхала. Еще лишний вес немного затруднял ее передвижения.

– Проголодалась? – она зорко меня оглядела и улыбнулась. Честно, наверное, это самый добрый человек в моей жизни. Она совершенно лишена зла. И иногда мне даже казалось, что она ненастоящая. Но в то же время она такая теплая, такая душевная хоть и немного строгая. И все же после Зинаиды Алексеевны наша Аннушка была просто ангелом во плоти.

– Проголодалась! – кивнула и глубоко вдохнула сладостный аромат свежего хлеба, который только что достали из печи.

 – Чем порадуете?

Уперлась локтями в стол и опустила подбородок на ладони. Хотелось спать и есть. Да и спина опять начинала болеть… У меня всегда так, если весь прохожу, даже ни разу не посидев. Понимала, что зря запускаю это дело. Мне двадцать один год, а уже кряхчу, словно семидесятилетняя старуха. Но все время не находила, чтобы записаться к врачу. Потом.