Деспот

Я очаровательно улыбнулась Баграту и медленно сделала шаг к нему, протянула руку и взяла протянутую визитку. Заметила на тыльной стороне ладони тату. Это была птица в полете. А на фалангах были какие-то надписи. Разобрать не смогла.

Даже не стала читать, что написано на визитке, а просто отступила, а затем быстро смыла бумажку в унитаз. Победно хлопнув в ладоши, я повернулась к Баграту, надеясь, что увижу его расстроенное лицо. Или хотя бы удивленное. Но этот мужчина даже бровью не повел.

– Ладно, – пожал он плечами и вышел из туалета.

Спустя несколько минут я последовала за ним. Подошла к нему и протянула его пиджак.

– Спасибо, – нейтрально проговорила я, и мужчина молча протянул руку: и я опять заметила тату на тыльной стороне, правда, уже правой ладони. Здесь были какие-то надписи. А на пальцах цифра два.

Интересно. Нет, ни капли не интересно.

Я опять кое-как протиснулась мимо его длинных ног. И села на свое место.

Через десять минут вышла стюардесса и сказала, чтобы все пристегнули ремни.

Мы пристегнулись.

Вот и все.

Пять мучительных, долгих часов прошли. И в принципе без больших потерь. Правда, было немного страшно, что Баграта разозлил мой отказ, но он будто потерял к нам интерес. Когда мы поднялись со своих мест, чтобы выйти из самолета, Майкл протянул ему руку, чтобы пожать ее на прощание, но Баграт молча удалился.

– Странный он какой-то… – пробормотал муж, взяв меня за руку.

– Не обращай внимание. Он еще мне тогда показался мне странным.

Майкл нахмурился.

– Тогда?

– Майкл, ты не узнал его? Это же ему я наступила на ногу, когда мы брали билеты.

Муж почесал затылок и состроил удивленную гримасу.

– Да? Ничего себе… Ладно, все равно мы больше его не увидим. Пошли за багажом.

Я кивнула и направилась за мужем. Он прав. Я больше никогда не встречу Баграта, поэтому он не стоил моих мыслей.

Глава 8

Мы не виделись с мамой с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать. А теперь мне двадцать три. И за эти годы мы обе изменились. Мама немного набрала вес, но это только сделало ее лучше. Я бы даже сказала, мама стала привлекательнее. Ее белая, как моя, кожа покрылась золотистым загаром, а светлые волосы выцвели под жарким восточным солнцем, которое даже вечером припекало.

Мы всегда были с мамой вдвоем.