Жуткая история. Кот

Кроме того, у него так и не вышло наесться – засыпая, он все еще чувствовал голод.

Проснулся Хёну совершенно разбитым. Сегодня его караулил Ён, так что сразу после завтрака они отправились на тренировку.

Кай с Трэем уже ждали их в лекционной, разминаясь. Судя по всему, у них был дружеский спарринг. Хёну не был уверен насчет слова «дружеский», потому что выглядело так, словно они всерьез пытались убить друг друга. Когда они вошли, Кай как раз заламывал руку Трэю, но тот каким-то немыслимым образом взял его в захват поперек корпуса, поднял и буквально швырнул на пол.

– Все-все, молодец, победил, слезь с меня! – Трэй явно был раззадорен дракой и бесился из-за поражения – он зло сверкал глазами, пытаясь отдышаться. Лицо Кая, напротив, было очень сосредоточенным и спокойным, когда он поднялся и повернулся к ребятам.

Они продолжили с того же, на чем остановились – Трэй ставил защиту, Хёну пытался пробиться. После пары абсолютно безуспешных попыток – Трэй даже не дрогнул – Кай сказал Трэю и Ёну поменяться.

– Трэй уже поднатаскался. Давай попробуем узнать, можно ли сопротивляться, не имея специального барьера. А ты, – он повернулся к Хёну, – все еще должен научиться останавливаться.

– А почему ты сам не хочешь потренироваться со мной? – Хёну спросил то, что давно вертелось на языке.

– Не хочу, – в такие моменты он напоминал ребенка, который упрямится. – Почему я должен тебе это объяснять?

Хёну постарался максимально безразлично пожать плечами и встал напротив Ёна. Он был немного взбудоражен каждый раз, когда касался кого-то нового. У него было чувство, что энергия в каком-то смысле говорит за своего владельца в такие моменты. Поэтому Кай… в общем, он бы его потрогал.

Ён протянул открытую ладонь вперед, Трэй аккуратно придерживал его за плечи.

– Помни, что ты должен сделать, – Кай строго посмотрел на него и встал за его спиной.

Хёну неуверенно кивнул и взял Ёна за руку.

Его энергия была тягучей, как мед, и потекла сразу, стоило ему коснуться ладони, казалось, Ён совершенно не сопротивлялся, а напротив, отдавал ее с охотой. Хёну чувствовал в нем невероятно сильную привязанность, почти зависимость от любимых, несгибаемый оптимизм и сострадание.