Ложь №250496

Мы уже стоим у калитки, и дедушка вставляет ключ, пока я придумываю нужные слова.

– Ба, мы пришли! -кричу я, забегая на кухню.

Она отворачивается от плиты ко мне и улыбается.

– Пришли, вот умники, и как зуб?

Я мнусь, потому что не знаю, что сказать, тут входит дедушка и кивает мне.

– Ну, продолжай.

– Мы не вырвали зуб, потому что я испугалась. А еще мы нашли голубя и принесли его домой.

– Мало того, что не вырвали зуб, так еще и коту сомнительный завтрак принесли. Меня Римма сожрет, если узнает, что зуб не вырвали.

– Пусть сама и ведет меня к врачу, если ей так нужно, -буркнула я.

– Да, она-то поведет, в какой бы сказке только такое выискать.

Первый раз я была рада тому, что Бабари и папа могут забыть про меня, и первый раз мне это сыграло на руку.

– Ну, разрешишь? – я умоляюще посмотрела на бабушку и взяла ее за руку.

– Разрешу, только возиться с ним не буду, а если не будешь кормить его, то скормлю его самого Чб.

– Это же жестоко!

– Зато у тебя будет стимул заботиться, а это важно.

– Спаси-ибо! -завопила я и обняла ее, а потом побежала в огород, где дедушка уже укладывал найденыша в одну из оставленных клеток.

Устроился он там очень уютно, дедушка подложил ему под бока сена, оставшегося от кроликов, покрошил немного булки, и налил воды в крышку от бутылки. Первый раз, когда я приоткрыла клетку, и просунула туда руку, голубь взмахнул крыльями и отпрыгнул в угол клетки, но на третий раз, он уже подходил ко мне, ел с руки крошки от хлеба, и даже давал погладить его по клювику.

Он был у нас около двух недель, и за это время я успела целых три раза забыть его покормить, а Чб успел напугать его раз пять. Но тем не менее, настал день, когда перышки окончательно отросли, и голубь грустно ходил по клетке, просовывая голову между прутьев и наблюдая за другими птицами, которые летали над ним.

Тогда дедушка разбудил меня рано утром и подвел к клетке.

– Нужно выпустить его на волю, видишь как ему тут тоскливо уже.

Я грустно посмотрела на него.

– Может все-таки оставим его? Он меня уже совсем не боится.

– Оставляй, если тебе не жалко его.

– Мне жалко….-промычала я.

– Тогда выпусти его сама. Он оценит это.

– А бабушку не будем звать?

– Пусть поспит, она не то чтобы ценитель голубей.

Я посмотрела на дедушку и закусила губу, потом приоткрыла клетку и засунула туда руку.

Голубь встрепенулся и по привычке коснулся клювом моих пальцев.