Базовая машина

– Я… помощь. Дай, – в голосе твари слышалось требование.

– Уйди или я сломаю тебе вторую руку. Если это не поможет – шею, – потребовалось бесконечное усилие, чтобы не заорать – Терри боялся напугать затихшего Юкки. Морниец, вопреки угрозам, подполз ближе, протягивая к Юкки ладонь. Руки у него были сплошные кости и сухожилия, обтянутые тонкой кожей, вытянутые, с длинными пальцами и отвратительными желтыми ногтями. И Терри четко видел закрытый перелом и неестественно торчащую под кожей предплечья кость.

– Дай, – поманил морниец к себе, снова завозившись в груде тряпья на полу, откопал непонятную полосатую пластинку и постучал по ней длинным ногтем мизинца.

 – Я помочь.

– Уйди, – повторил Терри. – Ему нельзя помочь!

Сказал и осёкся, осознавая, что… проговорился. Пустынник прижал сына к себе сильнее, отгородившись от морнийца. Безумно страшила мысль о том, чтобы дать этой твари хотя бы тень власти над Юкки, или над собой. Слишком сильны были заложенные с самого детства паттерны – морнийцы зло, их нужно убивать не раздумывая.

Бессилие вкупе с раздражением давали острую смесь злобы. Об их способностях и возможностях ходили легенды, говорили, что они могли подавлять волю, контролировать тело, читать мысли, владели непостижимым оружием, способным уничтожать целые города в мгновение ока. И именно морнийцы были повинны в том, что стало с миром. Много что про них говорили, и не всему Терри верил, но эта тварь его пугала. Одни глаза чего стоили.

– Ша-а-а, туптамаш кромба тар! Ша-а-а! – прошелестел со странной горячностью и убеждённостью морниец, впрочем, тут же отдёрнул узловатую конечность.

Мальчик снова захныкал, выворачиваясь из рук отца, ему было тесно и душно – капли пота выступили на лбу, тёмные, грязно-серые. Как и слёзы. Юкки выгнулся и, толчками, вторя конвульсиям, у него изо рта снова потекла серо-бордовая жижа. Морниец поймал её в ладонь, размешивал когтем и пристально разглядывал. Терри била крупная дрожь, ему было физически противно наблюдать, как тварь копошится в рвоте Юкки.

От безысходности ныло нутро и внутренний голос требовал сделать хоть что-то. Например, убить морнийца. Ведь от него все беды. Терри оттолкнул тварь ногой, удерживая хрипящего Юкки. На мгновение глаза застлала горячая пелена и Терри ослеп. Всего лишь слезы. Юкки резко обмяк у него на руках. Терри зажмурился и прижал к себе маленькое тельце. Дышит. Приступ миновал. Его обдало жгучей радостью, следом за которой навалилась отупляющая слабость.