Зоя

Зоя, не моргая, смотрела на него.

Он тоже увидел ее, переменился в лице, начал торопливо опускать стекло, но тут зажегся зеленый, и Артём рванул вперед. Зоя вцепилась в обшивку двери, высунув голову в открытое окно и глядя назад. Кренделёв гнался за ними, но Артём был неуловим. Они поймали «зеленую волну» светофоров и, не останавливаясь, преодолели так несколько перекрестков. Зоя неотрывно следила за Кренделёвым через заднее стекло. Наконец Артём сбавил скорость и выключил музыку.

– Хочешь, остановлюсь? – спросил он, и голос его прозвучал в тишине отстраненно, как никогда раньше.

Зоя не успела ответить, потому что машина Кренделёва исчезла.

– Уехал, – бесстрастно констатировал Артём.

Она закрыла лицо руками. Дыхание ее сбилось, сердце выпрыгивало из груди.

Они молча ехали по городу. Зоя больше не была богиней на колеснице, а Артём из-за нее не чувствовал крыльев за спиной. Она ненавидела себя.

Автомобиль медленно подъехал к гостинице и остановился.

– Зайдешь? – Артём не смотрел ей в глаза, уставившись куда-то в темноту первой в этом году осенней ночи.

К его удивлению, Зоя кивнула и вышла из машины.

Знакомым путем они прошли по «Кристаллу» и оказались в тех же апартаментах на шестом этаже. За время Зоиного отсутствия в них сделали косметический ремонт – освежили краску на стенах и потолке, заменили светильники и телевизор. Мебель осталась та же, только перед барной стойкой поставили два высоких стула.

Артём, не разуваясь, прошел за стойку. Зоя брела следом.

– Может, позвонишь ему? – спокойно предложил Артём, внимательно следя за виски, так привычно для их встреч струившимся из бутылки в стакан со льдом.

Зоя чуть не свалилась с высокого барного стула. Уцепившись обеими руками за каменную столешницу, она постаралась удержать равновесие. Артём невозмутимо придвинул ей стакан.

– Куда он исчез?

Глянув внутрь стакана, Зоя с шумом выдохнула и залпом выпила всё виски. Такие крепкие напитки она пила исключительно в компании Артёма и то не каждый раз, поэтому необходимой сноровкой не обладала.

Он не спеша налил ей еще и, взяв свой стакан, уселся в кресло возле письменного стола.

Зоя повернулась на своей жердочке в его сторону и, ссутулившись, замерла.