Сезон летающих ножей

Ты же знаешь, теперь документы везде требуют, на каждом шагу… С его бумажками за границу не выедешь, но для бабушек на скамейках вполне сойдет.

– И ты дал ей контакт Омикрона?

– Ну конечно же, дал. Она вроде как от своей комы очнулась, стала говорить, как нормальный человек: цельными предложениями, а не отдельными словами, как пятилетний ребенок. Я подумал, может у нее новый проект. Новые планы, новая жизнь…

Степан снова замолчал. Новая жизнь не случилась. Наталья умерла через два месяца после этого разговора.

– А со мной ты телефончиком Омикрона не поделишься? – спросила Валерия, но знала, что ответ будет отрицательный. Не заработала она этот контакт. Не была в близких друзьях у Ветровой. А со Степаном до этого говорила лет 6 назад, еще в институте.

– Нет, Лерочка, ты уж извини, парень мне и так пистон вставил за то, что я ей помог: что Наташа пользовалась его услугами прямо перед своей смертью. Менты к нему не пришли, но страшно ему было ужасно. Бедняга, нажил себе новую язву.

Лэптоп Леры издал раздражающий писк. Это была мама Виктории Добычиной, готовая к долгому разговору.

– Тогда окажи мне последнюю услугу, Степ, – Валерия снова оттолкнулась от подоконника и подъехала на стуле к компьютеру. «2 минуты, пожалуйста», написала она Ирине Васильевне. – Спроси у Омикрона, какие конкретно бумаги она просила его подделать. Сможешь?

– Смогу, Лерочка, – простодушно ответил блогер, – но не думаю, что скоро. Наш умелец нынче на дно залег, когда вынырнет, тогда спрошу.

– Спасибо, Степ, удач тебе.

– Тебе тоже, дорогая. Привет твоим магам.

Валерия впопыхах убрала фото Ветровой и других несчастных, не представляющих никакого интереса для Калинина, в отдельную папку внутри стола. Через неделю-другую, если режиссеру не понравятся новые варианты, предложенные редакторами, Донская снова вытащит эту стопку снимков и заново расскажет историю каждого на фото. Положив перед собой копии отчета полиции и другие официальные бумаги, Лера так же достала вопросник, вооружилась ручкой и позвонила маме Добычиной.

– Ирина Васильевна, здравствуйте еще раз, – монотонно начала Валерия после установления соединения. Женщина сидела в зале, на стене был виден коричневый ковер, рядом с ним стол с фотографией ее дочери. На изображении девушка была полна жизни, она улыбалась прямо в камеру, за ней было видно голубое небо. Идеальный день для идеального посмертного фото. – Давайте сначала поговорим про тонкости логистики.