Осколок Венеры

Каблуки не надевала уже давно, и даже не знала, где в квартире хранились ее туфли. Стрижка из боба средней длины превратилась в обыкновенную косу, которую Надя плела сразу после сна. И красить волосы она даже не начинала, а зачем? Для кого скрывать появляющуюся седину: Костик знает, сколько ей – он, между прочим, старше ее на два года. Дорогие платья и шелковые блузки тоже были лишь тратой денег. У Ереминой имелось несколько вполне удобных спортивных костюмов и джинсов. А если выбираться на какие-то праздники, то из глубины шкафа можно было найти несколько чудесных белорусских трикотажных платья формы буквы А с цветочным мотивом, купленные Надей лет 6 назад, на десятый день рождения Пети.

Татьяна сделала глоток остывшего кофе. Скорее, чтобы чем-то себя занять, и перестать глазеть на старое фото.

Боже, она превратилась в старуху. Надя закрыла лицо руками и еле заметно помотала головой. Ей было всего чуть-чуть за сорок. Это ведь еще молодость, практически, поздняя, но все же. И посмотреть на звезд, ее однолеток.

Они все такие красивые, как эта и мифическая Н. С., стройные, с подкачанными ягодицами, длинными блондинистыми локонами и кубиками на животе.

– Надюша, – осторожно начала подруга, – ты знаешь, я тебя люблю. В любом виде. Ты мне как сестра родная… Но мужики, они ведь по-другому устроены.

Хозяйка закивала, не открывая лица.

– Им нужно, чтобы весь комплект. И тело, и душа, и блины печь, и за ребенком смотреть…

– Что же мне делать?

– Да как что? – изумилась подруга и вытащила телефон из сумочки, – подстричься немного, корни привести в порядок, седину спрятать…

Надя наконец-то отняла от лица руки и непонимающе уставилась на подругу.

– Мы не возраст скрываем, а его противные последствия, – объяснила Татьяна, – к косметологу своему тебя направлю, сделает тебе парочку пиллингов и чисточек, кожа будет как попка у младенца! Но самое главное, дорогая, надо схуднуть.

Нервно потирая свои пальцы, Надежда сдвинула брови и пронеслась по списку продуктов, к которым она испытывала большую приверженность.

Что тут было думать: Еремина любила печь. Тортики, пироги и пирожки с луком и яйцом, блины и оладьи. Было удивительно, что, при наличии всех этих яств дома, Петя вырос мальчиком без лишнего веса.

– Танюш, я пыталась несколько раз, – стала оправдываться хозяйка, – помнишь, мы в семнадцатом году в бассейн выбрались? Я в купальник влезть не могла, так и сидела на огурцах и кефире всю неделю.