Попадание на выживание, или Как спасти мужчин

А возле невзрачного синего домика, сидя у костра, нас встречал хмурый Зэн. От умопомрачительного запаха жареного мяса мой желудок орал как потерпевший, а я нервно облизывала губы в предвкушении вкусного обеда.

– Сколько? – опустив меня на грубо сколоченную скамью, спросил Эрин.

Я сначала растерялась, думая, что вопрос адресован мне, но ответил Зэн.

– Несколько часов.

– А где Владен? – решительно влезла в их разговор, обещала же себе разобраться в их странном отношении к товарищу.

Зэн только хмуро на меня посмотрел и, молча встав, скрылся за ближайшими деревьями.

И вот что это только что было? Безмолвный посыл в дальние дали?

– Помнишь, я тебе рассказывал о том, что несвязанный мужчина умирает в свой тридцатый день рождения? – спросил синеволосый, почему-то избегая моего взгляда. – У Владэна сегодня тридцатое день рождение. А на Зэна не обижайся, они с детства вместе росли, ему сейчас тяжело.

Сидела и соображала: это что, пока один мне готовил, а второй меня мыл, их товарищ все это время тихо умирал в домике? Запах жареного мяса стал вызывать тошноту.

В данном случае молодой мужчина в самом расцвете сил. Да у нас бы бабы за такого волосенки друг другу повыдирали, а здесь он никому не нужен! И как бы страшно мне ни было, я знала, что не смогу остаться в стороне от их общей трагедии. Взыграл инстинкт «хватай и беги», ну, или «мое – не отдам»! Я не знала, во что собиралась ввязаться, но сделаю это прямо сейчас.

– Я могу ему помочь? Моей длинны волос на это хватит?

– Саша, – впервые обратился он ко мне по имени. – Ты не понимаешь…

– Понимать буду потом, а ты мне будешь в этом помогать, сейчас на это нет времени, – нагло перебила, не давая ему закончить фразу.

Я банально боялась. Боялась, что он сейчас скажет что-то такое, с чем я не смогу справиться и передумаю привязывать к себе Владена, а потом всю жизнь буду корить себя за то, что не захотела спасать того, кто ни о чем меня даже не попросил, несмотря на то, что умирал.

Я уже однажды умирала, и нет ничего страшнее того чувства безысходности, когда понимаешь, что вот сейчас последние секунды твоей жизни. Что скоро ты закроешь свои глаза навсегда, и не будет больше ни грусти, ни радости, ни яркого солнца над головой.