Наша

 – Я тебе говорила, что он нас найдет, а ты мне не верила.

– Я пришел, – просипел перехваченным горлом и все же не сдержал скупых слез.

Если бы не жизнерадостность Тисси, то Мисси бы сломалась, но слава богам, они обе были живы и их внутренний огонь не угас. А их худоба… что ж, это поправимо. Доставим их к родителям и уж мама с бабушкой их обязательно откормят. Всех нас откормят. А Айджа, который не дал девочкам умереть, вообще на руках будут носить.

– Нам надо уходить, – прошептал в макушки малышек и мягко отстранился.

 – Сможете побыть сильными еще немного? – спросил и обе головки решительно кивнули.

На всякий случай просунул голову в дыру, чтобы убедиться в том, что в камере девочек больше никого не осталось и едва ли не взвыл от увиденного. Четыре стены и энерго шар висящий под низким потолком. Четыре стены и ни одной двери, не было даже крошечного окошка, только режущий глаза смрад, который я почувствовал еще от малышек.

Светловолосого айджа надо не только на руках носить… Мы никогда не сможем отплатить ему за то, что он сделал… Ведь наших крох оставили там умирать.

Но теперь все хорошо, они рядом и я о них позабочусь. Мы позаботимся, понял, увидев как по темному коридору, в нашу сторону быстро идет светловолосый айдж. Следом за ним шли мои няньки.

РИГ

Уходил по коридору прочь от своей, ставшей мне вторым домом камере, а сердце тянуло обратно. Умом понимал, что оставил малышек, о которых заботился более полугода, с их родным, старшим братом, но не смотря на чувствующуюся в нем силу, сомневался, что он сможет их вовремя вытащить и защитить.

У меня были основания ему не доверять. Однажды он уже не справился, позволил украсть сестер. И если бы был хоть малейший шанс выбраться не оставляя самочек, я бы им воспользовался. Но его не было.

Массивная, железная дверь, единственный выход из этого адского подземелья. Стучу в условленном порядке, за столько лет, его ни разу не сменили. Самоуверенные засранцы. Без разбирательств и сожаления, с громким хрустом свернул шею открывшему.

Здесь нет невиновных. Второй попытался оказать сопротивление, но даже измученный двумя боями, я легко с ним расправился. Слишком долго я ждал этого момента, слишком сильны во мне были злость и жажда мщения.

Мой путь легко можно было отследить, его устилали изломленные, безжизненные тела. Я ломал их кости голыми руками, рвал черными, острыми когтями. У меня была цель и я шел к ней не видя преград.

Арена в виде клетки. Сейчас вокруг нее пусто.