Ребенок от лучшего друга

И такой он в этот момент домашний и родной, что в носу начинает щекотать. Щипаю себя за бедро, чтобы этого не заметил друг, и мысленно взываю к остаткам разума.

Я вижу по его глазам, что он не врет. Да он вообще мне не врал никогда. Недоговаривал – да, но не врал вот так нагло. Вот так у нас построена многолетняя дружба. Потому что он прекрасно знает, что я не терплю вранья. И если он шел куда-то с девчонкой, он так и говорил.

А значит, все эти дни он реально работал, а не зависал где-то с Кирой. Настроение тут же падает ниже плинтуса, стоит вспомнить эту молодую красавицу.

– У меня все нормально. Вроде втянулась. И даже нравится, это определенно то, чем я бы занималась после универа.

Бусинка тут же предает меня и идет тереться об ноги Макса, пока он сосредоточенно изучает внутренности холодильника. Услышав мой ответ, Макс отвлекается от занятия и бросает на меня вопросительный взгляд.

– А что с настроением?

– Устала, – отмахиваюсь и пытаюсь взять себя в руки.

Ну не говорить же ему в открытую, что я ревную его к этой Кире.

Подумаешь, как-то проснулись вместе голыми! Так это вообще ни о чем не говорит.

Фыркаю и снова ловлю на себе уже два внимательных взгляда.

– Вы так мило смотритесь.

Сбегаю в прихожую, чтобы обуться и уйти домой. Но Макс мне не дает этого сделать, перехватывает за руку и возвращает в гостиную.

– Ты далеко собралась, мелкая?

– Я уже давно не мелкая, Макс.

И так хочется в этот момент надуть губы и топнуть ногой.

Ну вот почему он так на меня действует? Стоит ему поймать меня в объятия, и я готова простить и забыть ему все.

Да уж, крыша точно где-то дает протечку. А во всем виновато то утро.

– Ой, отцепись, репей, – притворно пищу я, пытаясь выпутаться.

Макс снова ржет и еще сильнее стискивает меня, а мне только и остается возмущенно пищать.

– Да ты меня раздавишь, слон!

– На Моську ты не похожа, все же она была еще мельче тебя, – подкалывает меня друг, за что получает кулаком в бок.

– Вот не зря же я тебе предлагал идти в секцию бокса. Рука капец тяжелая, – охает Макс, а Бусинка начинает нарезать вокруг нас круги.

Что ты, хозяина обидели, а она не заступилась.

– Смотри, она тебя защищает, – ухмыляюсь я.

– Леля, месяц – больше я не собираюсь у себя терпеть животное.