Сыночек в подарок

Он загораживает меня своей спиной, закрывая от тех, кто ещё решит выйти из офиса. А у меня перехватывает дыхание от его высокой фигуры. Что бы я себе ни втолковывала, а он выглядит просто отпадно. И фигура у него такая, что хочется покусать его за все выдающиеся места.

Сергей Витальевич как-то подозрительно хмыкает и наклонятся ко мне.

– А ты чего покраснела, Лада?

Вздергиваю подбородок.

– Я же просила называть меня Адой, – стараюсь говорить спокойно.

– Бывшему можно, а мне нельзя?

– Да, именно потому, что бывшему можно, – зло проговариваю и ощущаю, как по щеке ползет влажный след.

Слегка теряюсь, потому что я не плачу. Или плачу, но сама этого не замечаю.

И стоит только задаться этим вопросом, как на нас обрушивается плотный поток дождя.

– Черт, – шипит шеф, – давай в машину, Трубецкая!

И он все же запихивает меня в свою тачку.

– Вообще-то у меня тоже есть машина, – киваю на дальний угол парковки, – а вы рискуете своей репутацией и нарушаете свой же запрет.

Он вздыхает и закатывает глаза.

– Какой ещё, к чертям, запрет?

Удивленно вскидываю брови.

– Ну как же какой? А как же интрижки на работе?

Сергей Витальевич выгибает бровь и плотоядно улыбается, чем заставляет внизу живота все напрячься.

– А у нас интрижка? – его зеленые глаза как-то жадно сверкают после этого вопроса.

Мычу что-то на неопределенном и мотаю головой.

– Ну и я такого мнения.

Тормозит возле моей машины и кивает. Знак того, чтобы я поскорее выметалась из его тачки.

Открываю дверь и застываю, когда до меня долетает его реплика:

– Трубецкая, – оборачиваюсь, – должна будешь.

И подмигивает.

***

Этим же вечером подруга залетает ко мне в квартиру как ураган и упирает руки в бока. Сверлит меня пристальным взглядом, пока я пытаюсь изобразить из себя тумбочку в коридоре.

– Трубецкая, а ты ничего мне не хочешь сказать? Почему ты не берешь трубку и заставляешь меня тащиться через весь город к тебе после такой шоковой терапии возле офиса?

Выгибает брови и плюхается в кресло в моей комнате.

После развода это было единственное жилье, которое я могла себе позволить, не влезая в большие ипотеки и кредиты.

Квартирка-студия размером в двадцать пять квадратных метров. Но после пентхауса Антона для меня эта квартирка показалась таким раем, особенно когда я обставила её по своему вкусу и никто не вмешивался в мое личное пространство.

– Не поднимай панику, Юлек, все под контролем.