Пробуждение

Не переставая разговаривать с Леей, подруги начали раздевать ее. Теперь Ксантия лучше слышала их слова, да и Кира вновь отвлеклась от своей игры ума, уставившись на уморительную троицу, в то время как Реджина у зеркала довольно умело, как показалось Ксантии, вводила Валери в медленный valse ? trois temps[15 - Valse ? trois temps – вальс на три счета.].

– Дорогая, все будет хорошо… – низким грудным голосом убеждала Софи, продолжая одной рукой гладить ее по голове, а другой расстегивая сзади на ней платье.

– Лей, ну что ж ты такая добрая душа-то, а?! – сокрушалась Сандра, обнимая поочередно руками колени, чтобы стащить с нее лодочки, после чего взору Ксантии предстали длинные пальцы Леиных ног с педикюром такого же цвета, как и на руках. – Ну и что, что он парень твоей близкой подруги?! Как он мог попросить взаймы, а главное – взять у девушки?

– Не плачь, ma ch?re[16 - Ma ch?re – дорогая (фр.).], все обойдется, – продолжала Софи, берясь снизу за платье Леи и стаскивая его через ее голову, в то время как Сандра со словами «Эх, как можно быть такой наивной…» снимала Леины руки с лица и поднимала их кверху.

Теперь на Лее оставались лишь нюдовые трусики и того же цвета вместительный лифчик.

– Ma petite Lеa[17 - Ma petite Lеa – малышка Лея (фр.).], не трать на него свои нервы, – советовала Софи. – Бегать от девушки из-за «сложного графика»? График у него, видите ли… У нас тоже! – продолжала она.

«Что же произошло?» – недоумевала Ксантия. Она хотела выяснить, что думает по этому поводу Кира, но подругу Лея, похоже, не интересовала: она снова была поглощена игрой. «Логика!» – с уважением подумала Ксантия, пристраиваясь рядом на скамейке и наблюдая то за переживаниями Леи, то за игрой Киры, то за влекущими pas de deux[18 - Pas de deux [па-де-де?] или [па-де-дё] (фр.

Тем временем раздражение Сандры вроде бы улеглось, и она начала переодеваться сама, пока Лея неспешно и рассеянно затягивала свой бюст в тренировочное боди. Сандра же переодевалась быстро и деловито, как солдат.