Закрытые двери

 – Он где-то дома?

– Логично, если начинать поиски, то лучше с очевидных мест, – мужчина посмотрел на меня и улыбнулся. – Значит, нам нужно отправиться в город.

– А как далеко мы от него?

– О, дорогая, если ехать туда на машине, то можно управиться за час.

– А у вас есть такая возможность?

– Как бы это странно ни звучало, но мы держим одну на вот такие крайние случаи. И если она заведется, то мы уже сегодня сможем отправиться в город и начать поиски браслета.

– Тогда чего же мы сидим? – я резко встала со стула и направилась к двери.

 – Чем раньше мы начнем, тем быстрее управимся.

Мужчина улыбнулся и последовал за мной:

– Нам нужно тебя переодеть для дороги и взять припасы, на всякий случай. Город уже за месяц превратился в руины, а что с ним сделали два года, даже представить боюсь.

За дверью скрывался длинный коридор, освещаемый лишь светом, попадающим через два маленьких окошка, расположенных по оба конца от него.

Старичок осторожно протиснулся в проем и повел меня к одному из окон.

Видимо с той стороны и располагался выход из здания. Я помнила все культурные и рекреационные объекты нашего региона. Но не могла вспомнить, какой из лагерей имел такую планировку. По каждой из сторон располагались двери. И пока мы шли к выходу, я насчитала десять комнат.

Здание построено еще до моего рождения и ориентировано на большие смены. Значит, этот лагерь создавался еще в советские времена.

Таких рядом с городом было не много и на душе сразу стало легче, когда мы добрались до лестницы.

Эту лестницу я узнала бы из тысячи.

Пока мы спускались в огромное фойе, занимавшее в высоту два этажа, а в ширину три, а то и четыре комнаты, я придавалась воспоминаниям.

Не одно школьное лето потеряно в стенах этого здания. Сначала меня сюда пристраивали родители, верящие, что в коллективе ребенок учится общаться, строить отношения и переживать свои страхи. Потом, когда их не стало, брат выбивал мне путевку, чтобы хотя бы на месяц стать независимым и свободным человеком.

Чтобы лишь один месяц в году иметь возможность согласиться на ночные посиделки у друзей, прогулки по городу, маршрут выходного дня, без оглядки на маленькую сестру, висящую на нем тяжким грузом.

Стало грустно и стыдно за то, что в те беззаботные времена я винила его. Каждое лето, со слезами на глазах, я цеплялась за него, как за последний островок школьной программы, и кричала ему в спину, что никогда к нему не вернусь. Что он предатель и бросает меня навсегда.