Ведьмина неделька

Это место всегда попадало под прямые солнечные лучи, отчего содержимое рамок подсушивалось равномерно. А ночью, когда луна холодила дневной результат, их обдувал ветер. Оттого любая сушка Тиниоаков была не только тщательной, но и с идеальной, хрустящей коркой.

Шарлотта спустилась вниз, все тем же ловким движением ноги уложила лестницу в траву и вернулась к кухонным делам.

Бульон снова кипел, наполняя дом невероятным ароматом грибов, легкой хвои и сладкого лука. Юная ведьма убрала крышку, на руках нарезала репу в форме полукругов, хорошенько размешала содержимое ложкой и убрала котел с накаленной плиты.

На его место тут же встал чайник.

А сама хозяйка подобного бесчинства, наконец, смогла переключиться на подарки.

Гусь, лежавший все это время под столом, смотрел укоризненно и выжидающе. Шарлотта вздохнула, схватила его за шею и понесла в подвал. Здесь царила прохлада, в которой и птице, и скотине после забоя было достаточно уютно храниться. Но не более нескольких дней.

А для юной Тиниоак это означало, что нужно предпринять попытку заставить гуся думать, что он пока еще живой, только малоподвижный, чтобы тот не испортился хотя бы до пятницы – до Грибного четверга у нее найдутся и другие заботы, да и одинокой девушке сложно съесть целую птицу за пару дней (разве что ни употреблять ее на завтрак, обед, ужин и ночной перекус).

Оттого у ведьмы не оставалось иного выхода. Она положила его на узкий стол (больше походивший на высоченную лавку), внимательно поглядела на него и произнесла:

– Ты просто ленивая птица, которая любит поспать.

Будто в ответ на подобное высказывание, гусь покорно кивнул (а может, это просто игра света?) и застыл. Шарлотта же покинула подвал, чтобы перебрать яблоки и помидоры, убрать их вместе с яйцами в темное место и, наконец, переложить томленную грушу в небольшие глиняные горшочки. По зиме из их содержимого готовились замечательные компоты от кашля, за которыми порой к ее дому выстраивалась целая очередь.

Время и вправду устало ждать. Пылинки снова залетали в своем привычном беспорядке, солнце двинулось к закату, а за стенами дома послышалась птичья трель. Все пришло в движение. И лишь Шарлотта застыла от неожиданности и растерянности. Потому что не была уверена, что успеет сделать все, что запланировала.

Но с главным она уже справилась – знаменитый грибной суп Тиниоаков томился на печи, прикрытый крышкой и поддерживающий легкую температуру.