Повесть эльфийских лет

Внезапно дверь, ведущая в ректорат, распахнулась, и на пороге появился молодой фавн:

– Мастер Хэнт…

– В чем дело, Доран? – недовольно поморщился бистивилах, привычно называя помощника по фамилии.

– Тут у нас такое… Может, вы заглянете?

Лейтенант городской стражи поморщился и встал, отложив в сторону незаконченный протокол допроса. Во всяком случае, Савиш решил, что это именно протокол.

– Я сейчас вернусь. Подождите здесь. – И бистивилах скрылся за дверью.

Первые несколько минут эльф терпеливо ждал появления господина Хэнта, потом не выдержал, поднял со стола и поднес к глазам бумагу, которую до этого времени заполнял стражник, и вместо текста с удивлением увидел на листе бессмысленные цветочки, кружочки и прочую дребедень.

Удивленно хмыкнув, Савиш еще несколько минут переминался с ноги на ногу, а потом решительно шагнул к ректорату. В конце концов, имеет же он право узнать, что там происходит. А если нет, так его ведь и выгонят сразу.

Дверь открылась неслышно.

В лицо пахнуло спертым воздухом и запахом подсохшей крови: неизвестно, когда убили ректора, но кабинет, похоже, с того самого времени и не проветривали.

В последний раз Герад видел Сулицу позавчера. Уже тогда гном показался ему каким?то сухим и изможденным. Сейчас же сморщенное тело ректора распростерлось в дальнем углу комнаты, по полу растеклось пятно крови, а из груди торчал осиновый кол.

Услышав о смерти Кира Сулицы, темный эльф ожидал увидеть в ректорате что угодно: кинжал, которым какой?то ревнивец перерезал горло несчастному гному (Сулица слыл дамским угодником), страшную пентаграмму, уничтожившую вместе с Киром всю мебель (мало ли какому магу он мог перейти дорогу?).

Даже случайно упавший на голову преподавателю толстый фолиант (может, студент все перепутал, и никаким убийством здесь и не пахнет) рисовался в воображении. Но чтобы такое… Нужно быть просто сумасшедшим, чтобы пытаться кого?то убить заточенной палкой, когда есть более эффективные методы.

– …на теле обнаружен фрагмент бумаги, похожий на визитную карточку или игральную карту, – флегматично вещал эксперт. Кроме установления причин смерти, в его обязанности входил и осмотр места происшествия. – На бумаге изображена карточная масть «пика». Иных обстоятельств, имеющих значение для дела, не выявлено… Всё.

Фавн, позвавший Хэнта и едва успевший дописать последние слова, судорожно протянул эксперту бумагу.