О сейдконе

Солнце почти вышло, – тихо обронила диса.

Ведьма вздрогнула и перевела взгляд на нее:

– Возвращаемся на постоялый двор.

***

Поспать удалось недолго. Гейдрид показалось, что она только на лавку легла, и глаза сомкнула, как на женской половине послышались шаги. Ведьма подскочила на месте, заозиралась по сторонам – Тенгиль, не дошедший до ее скамьи нескольких шагов, насмешливо дернул уголком рта:

– Как спалось, сейдкона?

Фритьофдоттир сцедила зевок в кулак:

– Плохо.

И в этом ведьма не соврала.

Сейчас, отвечая на вопрос воина, она вдруг отчетливо вспомнила, что ей снились кошмары. Она куда- то бежала, куда- то спешила, и кто- то гнался за нею, выпрыгивал из темных углов, смеялся, скалив пожелтевшие клыки…

Тенгиль Гадюка покачал головой – то ли смеялся, то ли действительно посочувствовал:

– Не страшно. Еще успеешь отоспаться. Обоз из Тримстада выйдет только через три дня.

Гейдрид подскочила на месте, резко села:

– Что значит, через три дня?! Мы не можем столько ждать!

От ее крика проснулась диса.

Подняла голову от лавки, сонно повела глазами.

Тенгиль, повел плечами, на миг сведя лопатки вместе и ухмыльнулся:

– Мы не взяли коней в Хедебю – я своего вообще Льювине оставил…

– А у меня и не было никогда, я Грани у соседей брала, – нетерпеливо оборвала его ведьма. – И что с того?!

– Я рассчитывал купить их здесь.

– И?! – не выдержала она.

– Я собирался купить лошадь для тебя и меня. А у тебя еще и ученица образовалась.

А платить за нее я не нанимался. Так что ждем обоза.

Гейдрид молчала, глядя в его насмешливые глаза – буквально читала в них: «Глядишь, за три лишние дня Альв где- нибудь на материке умрет. Или другую найдет себе».

Аудню медленно села на лавке, сонно подтягивая одеяло на груди. Ворот ее рубашки развязался и под нею показалась белоснежная, не знавшая солнца кожа.

– …Тем более, что у тебя денег на коня нет, – флегматично продолжил Неквисон. – Иначе ты бы давно его купила.

Сейдкона вздрогнула и замерла, не отрывая от него напряженного взгляда. Наклонилась, подхватила с земляного пола кошель, брошенный рядом с посохом, вытащила из него шесть тяжелых монет.

– Здесь около марки серебра. На коня хватит.

Тенгиль осторожно взял одну монету из ее руки, покрутил ее перед глазами, рассматривая со всех сторон:

– Это большой исфаханский дирхем. Где ты его взяла?

– Там же, где ты подобрал меч, – фыркнула сейдкона.