Танцующая с ветром

 – Ты не представляешь, как опасно покидать дворец, тем более ночью!

– Но почему? Я украдкой видела людей в городе. Люди как люди, никто ни на кого не нападал, все гуляли, кстати! – щёлкнув пальцами, я рассказала о том, как в городе супруги проявляют свою привязанность более явно. Услышав подобное, Хитомия вспыхнула, да так, что даже краска на лице не смогла этого скрыть.

– Бесстыдство!

– Разве? Что такого, если супруги буду держаться за руки во время прогулки? Я заметила, что во Дворце Вечной Зелени правила куда строже, но не думала, что настолько.

– Что ты имеешь в виду? – голос её едва заметно дрогнул.

– Когда мы гостили на Холодном камне, принцы часто появлялись на женской половине дворца. Приходили пить чай или позвать меня на стрельбище, пострелять из лука.

Беззвучно ахнув, она заученным движением прикрыла раскрытый рот рукавами. Вышло неожиданно скромно и элегантно.

– О Духи! Так нельзя, это ужасно неприлично. Мужчинам нет места на женской половине дворца. Здесь могут находиться только евнухи!

– Когда же вы видитесь с мужем?

Вопрос вышел неприличным.

– Иногда мы вместе обедаем, – чтобы не смотреть на меня, она принялась разливать новую порцию чая. – В определённые часы можем встретиться в саду и если он не занят, то мне будет позволено приблизиться.

– Но этого так мало, – разочарованно протянула я. – А как же общение? Увлечения? Интересы?

– Замуж выходят не ради развлечений, – со вздохом ответила она.

– Малюток?

Оказалось, речь шла о детях. У Хитомии, что сама выглядела едва старше пятнадцати, худенькой и невесомой, словно пёрышко, двое детей. А следуя гороскопу, что в день свадьбы для них составили в храме, в следующем году они ожидают ещё одного.

К счастью, от необходимости что-то отвечать меня избавил евнух, принёсший свёрток.

– Для госпожи Медзё.

– Кто-то прислал тебе подарок? – спросила Хитомия, и голос её неожиданно дрогнул. Она отвела взгляд и через секунду, справившись с собой, вновь повернулась ко мне с вежливой улыбкой. Такой же холодной и пустой, как вежливость её мачехи.

Покрывало развязали, являя на свет шкатулку красного дерева и коробку с платьем. По приказу хозяйки, служанки тут же распаковали наряд, освободив его от многочисленной бумаги, которой проложили ткань.