Итальянский гамбит

Джованни спал хоть и крепко, но чутко, а особенно в периоды влюбленности – когда он наслаждался присутствием новой любимой. В такие ночи он прижимал девушку к себе, не давая пошевелиться, и слышал движение каждого ее мускула, на которое реагировал новой порцией нежности.

После отъезда девушки Джованни отсыпался в мягких расслабляющих объятиях Элены. Он привык к ее присутствию в постели, поэтому, когда она поднималась по нужде, всегда был риск, что, несмотря на крепкий сон, скоро он почувствует ее отсутствие, проснется и сквозь сон спросит громким голосом:

– Элена? Ты где?

15

Еще ни разу не было такого, чтобы на этом моменте она не отвечала и срочно не возвращалась в постель, позволяя себя обнять, как ему было удобно, стараясь самой уснуть побыстрее – даже если не было сна.

Она не страдала бессонницей, но иногда сон не шел, как, например, этим вечером, когда в голове роился миллион не очень приятных мыслей. Через некоторое время она поняла, почему ее всю выкручивает, до боли в костях – ей просто необходимо встать, пройтись по дому, попить воды, посидеть в удобной позе и попытаться систематизировать конфуз, творящийся в голове.

Подумать хотелось о многом, но она прекрасно знала, что, если сейчас поднимется, времени на себя будет немного – он возбужден знакомством с Лизой, вечерним сексом не расслабился, и, лишившись тела Элены под боком, проснется через пару минут после того, как она оставит пустой свою часть кровати.

Женщина решила остаться в постели и постараться все же уснуть.

Но, как и раньше, ничего не получалось. Его храп, к которому она давно привыкла и обычно почти не замечала, раздражал. Затекла спина и левая нога. Она чувствовала сильнейшую необходимость подняться.

Распрощавшись со сном окончательно, открыла глаза и начала тупо смотреть в темноту, раздражаясь все больше и больше. Ей казалось, что если она сейчас не встанет и не выбросит всю накопившуюся за вечер энергию, то, к чертовой матери, разорвется как атомная бомба!

Тогда она стала подниматься.

Джованни среагировал почти мгновенно – попытался положить на нее свою тяжелую руку. «Cazzo, cazzo!» – выругалась мысленно, перехватывая руку, и, осторожно сдвигаясь по миллиметру, стала перемещаться к краю кровати. Бережно расположив руку Джованни на одеяле, она, как дым по сцене, стекла на пол.

Ритм дыхания Падроне не изменился, и она с облегчением поднялась с пола, начав тихонько пробираться в сторону двери.