Смутное воспоминание

– Это не дворец, а особняк рода Эйденшвейн, ему без малого шестьсот лет.

– Извини, Говард, – девушка ощутила, что поймала след, открывающий ей глаза на происходящее. – В какой части света мы находимся? В какой мы стране?

– Ох, только мадам это знает, – юноша почесал затылок, – но она никогда не говорит, потому что это может быть опасно.

– Опасно для кого? Почему вы прячетесь здесь? – Бетти ощутила сильную потребность в ответах на свои вопросы.

Никто ничего не говорил ей. Она не помнила, как попала сюда, и почти не помнила, кем была до той странной комнаты.

Последние события были лишены логики.

Говард прошел вперед, уверенно преодолевая расстояние до дома. Элизабет боязливо закрыла за собой ворота, мысленно удивившись их абсолютной незащищенности. Люди, которые прятались за густым лесом и заброшенной железной дорогой, закрывшиеся каменным забором, спрятавшиеся за колючей проволокой, не повесили на ворота даже замок. Поистине чудная история. Бетти спрашивать не стала. Она быстро поняла, что Говард мало что знал сам, поэтому предпочитала найти кого-то более осведомленного и болтливого.

Сад буквально одурманивал различными запахами, пестротой цветов и невиданной красоты скульптурами. Элизабет насчитала десять образов, среди которых прорисовывались изящные дамы и воинственные мужчины. Порывшись в памяти, вернее, в том, что от нее осталось, Бетти посмела предположить, что скульптуры изображали древнегреческих Богов или древнеримских. Чем больше Элизабет вспоминала, тем больше она ощущала огромный поток знаний, спрятанный в своей голове.

При этом Бетти с сожалением отметила, что ни одна из скульптур не похожа на божества, которые были ей знакомы.

– Говард, – девушка замялась. – Не могу понять, это Боги? – указала на статую высокого необычного сложения мужчины в небесно-голубом одеянии и светлыми кудрями.

– Ох, – отмахнулся юноша, – не то, чтобы Боги, хотя миссис Лейль поставила бы мне минус бал на экзамене за такое кощунство. Она-то превозносит планеты до вершителей мира сего, но лично я отношусь к астрологии с недоверием, – задумался.

 – Каждая скульптура олицетворяет светило, не всегда планету, ведь Солнце – это звезда, а Луна – так вообще спутник, но в астрологии все они причислены к лику планет. Та, что рядом с тобой, например, Уран. Ты не переживай, у нас есть пары астрономии и астрологии для такого. Скоро ты сама все поймешь. Я, видишь ли, не лучший студент в поместье.

Бетти больше не задавала вопросов.