Родственная душа

– Похвально, что ты это признаешь, – Ярослав протянул в сторону Кэллен открытый пакет. – Будешь?

Девочка заглянула внутрь. При виде красной сочной клубники с зелеными хвостиками ее живот предательски заурчал.

– Конечно, – протянула Кэллен, закинув в рот несколько ягод.

– Хороший же у тебя аппетит, – засмеялся Ярослав. – А по тебе не скажешь.

Кэллен нахмурились.

– Это прозвучало обидно.

– Что такого я сказал? – Ярослав выглядел потерянным.

– Я много ем, просто сама по себе маленькая, – Кэллен взяла в руку еще одну ягоду.

– Я не подумал, извини, – смутился мальчик. – Тебе идет быть маленькой, – продолжил Ярослав спустя недолгую паузу. – Ты очень красивая, как одуванчик.

– Одуванчик? – Кэллен вскинула брови, остановившись на половине клубничины.

– Ну да. Легкая и чистая.

Кэллен промолчала. Трава щекотала ей ногу.

Мягкий свет падал Ярику на лицо. Его темные волосы напоминали цвет горького шоколада.

– Как ты нашел меня? – нарушила Кэллен тишину.

– Я гулял, потом сходил на местный рынок и купил там клубники на вечер. Думал, побродить вдали от домов. Я часто ходил в горы, когда жил на севере. Здесь, конечно, нет никакой вероятности замерзнуть в снегах или быть похороненным под огромными глыбами, но вот опасность почувствовать себя одиноким очень даже велика.

– У меня бывает такое чувство, – кивнула Кэллен в ответ. – Как будто меня окружает множество людей, которые безмерно любят меня, и я искренне люблю их в ответ, но едва ли мои слова и мои чувства понимаются так, как хочу донести их я.

– Разве можно быть врагом самому себе? – Ярослав засунул руку в пакет и обнаружил последнюю ягоду на дне. – Если ты хочешь, я оставлю тебе.

– Не нужно, – отмахнулась Кэллен. – Иначе у меня…

– Знаю, – перебил ее мальчик. – Разболится живот.

Кэллен молча кивнула.

– Ты хотела, чтобы я рассказал тебе о своей жизни на севере?

Кэллен оживилась.

– Там очень холодно. Вода ледяная. Все время темно. Небо серое и печальное. Ботинки после прогулки всегда приходиться сушить. Ветер дует так сильно, что едва стоишь на ногах. Волосы покрываются инеем, а руки постоянно греешь у камина по вечерам. Ночью половицы скрипят, а метель воет за окном, словно смерть.