Кэти Уилсон и Новый мир

Так гласила чёрная надпись на круглой металлической сфере, что висела на серебристом ошейнике. Кошка ласково потирала пушистую шёрстку о худенькие ноги хозяйки, явно выпрашивая рыбку.

Кэти обрадовалась такому тёплому приёму и, улыбнувшись, присела, чтобы погладить её мохнатую шкурку.

– Пошли, милая, – неожиданно для себя проговорила она и резко прикрыла рот рукой.

«Милая?» – Кэти вспомнила ночное видение, и её задумчивый взгляд устремился вдаль. Кошка с любопытством посмотрела на неё и продолжила свой обхаживающий танец, увлекая хозяйку в дом.

Внутри было тихо и немного дымно, словно в ночном кафе. Никотиновый аромат въелся в пожелтевшие от старости обои. Годри никогда не проветривал, а только закрывал тяжёлые пыльные шторы, чтобы не впускать в комнаты дневной свет. Вещи вокруг по обыкновению находились в беспорядке: разбросанные журналы, опрокинутая ваза с искусственными цветами, скомканные покрывала и запятнанные ковры – всё создавало ощущение заброшенности.

Только солнечный свет, который пробивался между шторами и падал на этот неряшливый ансамбль, наполнял дом чем-то волшебным.

В этих блестящих столбах густилась седая пыль, напоминая Кэти о магической пыльце, кружащей возле белой мальвы. Она снова погрузилась в томительную задумчивость. Втуне[6 - Втуне – безрезультатно, напрасно.] мяукающая кошка пыталась прорваться свозь неё – до тех пор, пока не опрокинула виляющим хвостом банку с кремом для обуви, чем и вернула хозяйку в настоящее.

– Какая же ты нетерпеливая, Маркиза, – с деланно серьёзным видом произнесла Кэти, поднимая банку.

На кухне Кэти поставила кастрюлю с водой на пожелтевшую электрическую плитку, а после достала из морозилки сардину, которую припасла для такого случая. Немного погодя, она бросила её в кипящую жидкость.

– Потерпи немножечко, – ласково проговорила Кэти вьющейся между ног кошке.

Она присела на табурет и начала мечтательно водить пальцем по столу, вырисовывая неизвестные символы.

Спустя некоторое время Кэти соскочила с места – вспомнила о рыбном лакомстве благодаря насыщенному аромату, что наполнил крохотную кухню. Достав разваренную сардину, она положила её на блюдце и, немного остудив, позвала Маркизу, но та бесследно пропала.

«Ну и куда же она делась?» – мысленно возмутилась Кэти и вместе с миской поднялась по скрипучим лесенкам в свою комнату, а затем вышла на балкон, что вёл на крышу.