Первый человек

– Черт! Он уже слишком далеко.

Пловец исчез под водой. Водолазный костюм и ласты позволили ему скрыться быстро и незаметно. Местр сел на гальку пляжа и поставил фонарь рядом с собой. Де Пальма долго стоял неподвижно, лицом к огромному темному морю. Примерно через десять минут ночную тишину разорвал треск выхлопов: заработал мощный лодочный мотор.

– Мы предусмотрели все, кроме этого! Он сбежал от нас по морю.

Местр смотрел на серебристый горизонт и на далекие утесы острова Риу, которые отсюда казались похожими на черное кружево.

– Надо вернуться сюда завтра! – крикнул ему Барон.

– Успокойся, Мишель!

– Я хочу знать, что произошло в эту ночь!

– Произошло то, что кто-то ускользнул у нас из рук. Такое с нами бывало сотни раз. Я надеюсь, что этот раз был последний: я больше не работаю в полиции, а ты тоже уходишь на пенсию через три недели.

– Тот, кто сейчас убежал, знает, что сегодня пятница и никто не охраняет это место. И этот человек – убийца..

– Кто тебе сказал, что он убийца?

Де Пальма тяжело вздохнул:

– Никто.

А ведь и в самом деле – никто не говорил.

Местр не мог видеть глаза своего друга, но чувствовал, как сильна его досада, и решил его чем-нибудь порадовать.

– Послушай, ты не против прогулки на автомобиле? Я завтра выведу «Джульетту» специально для тебя.

– А куда мы поедем?

– Сюда, тупица, проверить кое-что. Ты мне всегда говорил, что прекрасно ныряешь.

– По сравнению со мной групер[15 - Групер – рыба из семейства морских окуней.] плавает как топор.

8

За ночь мистраль покинул город. Возле узкого конца Бухты Чуда сильная волна окатила и залила «Джульетту» Местра. Ева, одетая в желтый дождевик, не сводила глаз с зубчатой линии берега и с рифов, которые море забрызгивало грязью. Де Пальма время от времени ронял несколько слов о береговых ориентирах и мысах, которые медленно скользили мимо машины. С этими местами у него были связаны семейные воспоминания.

Ему скоро должно было исполниться пятнадцать лет. Дед, если восточный ветер был не очень сильным, брал его с собой на рыбалку возле Риу и Плана.

Мишель управлял лодкой и по приказу деда должен был в нужный момент выключать ее двигатель марки «Бодуэн». Потом старик вставал в центре их суденышка, раскидывал руки в стороны под прямым углом и выпрямлял шею. Какое-то время он стоял так, полузакрыв глаза, а потом говорил:

– Греби еще, Мишель!

И правая рука деда указывала на мыс Моржиу так же верно, как указал бы радар.