Ускользающая тень

Охранник, желая впечатлить надзирателя своим служебным рвением, устремляется к нам. Пока он пробирается через толпу, передаю Фейна из рук в руки другому заключённому. В такой неразберихе проще простого отойти назад и проскользнуть за спину Арачи. Тот с тревогой наблюдает за разыгравшейся драмой. Видно, беспокоится, как подобный инцидент отразится на нём. А то, что тут людей постоянно убивают, его, видимо, не смущает. Арачи вообще ведёт себя так, будто надзирает за рабочими на фабрике, а не за заключёнными, которых заставляют трудиться в принудительном порядке.

Мешочек свисает с пояса. Арачи даже не завязал его как следует.

Когда лезешь кому-то в карман или в сумку, главное – уверенность. Надо действовать быстро, легко и точно. Мне приходилось проделывать эту процедуру десятки раз. Из них меня поймали всего дважды. Сую руку в мешочек и мгновенно выдёргиваю её. Ключ средних размеров, изготовлен из какого-то прочного металла и украшен резьбой. Прячу его в руке и мгновенно отступаю. Даже удивительно – стоит чуть-чуть отвлечь человека, и тот уже ничего вокруг не замечает.

Снова протискиваюсь в гущу толпы. Кто-то оторвал кусок ткани от рукава Фейна и наматывает на повреждённую руку в качестве бинта.

– Надо его к врачевателю отвести. Пусть рану зашьёт.

– Я отведу! – вызываюсь я, подходя к ним. – Я его знаю.

Никто не спорит. Все довольны, что есть на кого спихнуть неприятную обязанность. К тому же работники они опытные и рады возможности избавиться от двух криворуких новичков.

– Обратитесь к дежурному офицеру, – говорит охранник по-гуртски. – Он рядом с плавильней.

Делаю непонимающее лицо, и надзиратель повторяет то же самое на плохом эскаранском.

Перебрасываю руку Фейна через плечо – мы почти одного роста – и тащу его к лестнице. Фейн старательно изображает слабость, обмякает и виснет на мне. Надзиратель Арачи слегка отпрянул. Похоже, боится вида крови.

Поднимаемся наверх и идём по настилу, пока не скрываемся с глаз надзирателя. Там прячемся за двумя огромными баками, частью системы отстойника.

– Ты как, нормально?

– Не бойся, не подведу.

– Сильно ты себя порезал.

– Не рассчитал немного.

На разговоры нет времени. Надо спешить.

Между нами и кузнецами пролегает лабиринт траншей. Стараемся перемещаться только по ним, пригнувшись пониже, чтобы охранники не заметили. Когда те идут мимо, останавливаемся, садимся на корточки и ждём, пока они не уйдут.