Ускользающая тень

Мы с Фейном обсуждаем мой план, рассматриваем другие варианты. Несмотря на пассивность, Фейн удивительно бесстрашен. Как только мы решили, что сбежим, ни разу не засомневался. Их народ не боится ни смерти, ни наказаний. Судя по всему, это у них такая жизненная позиция – ни из-за чего не дёргаться. Фейн всё это как-то покрасивее объясняет, но суть я всё равно не поняла. Так, уяснила в общих чертах. Если что-то случилось, с этим уже ничего не поделаешь. Живи настоящим, а о будущем не думай. Ты его всё равно знать не можешь, вот и не тревожься.

Не знаю, типичный Фейн представитель своей расы или нет. Если да, нервы у них там железные. Но при этом решения принимают мгновенно. Когда Фейн сказал, что ждёт, он как раз это и имел в виду. Ждал, что будет дальше – или его прикончат, или обстоятельства переменятся. И ведь переменились – появилась я и предложила вместе сбежать. Правда, сначала Фейну пришлось меня к этому подтолкнуть.

И теперь Фейн решил, что мы предпримем побег во что бы то ни стало, несмотря на опасности. Да, он признаёт, что нас обоих могут убить, но его такие мелочи не смущают.

Нравится мне этот парень. Странный, конечно, но из-за этого его только больше защищать хочется.

– Надо поговорить.

Чарн отрывает от кости кусок мяса и суёт в рот. В последнее время нас стали кормить получше – видимо, производительность труда увеличить хотят или опять какой-то эксперимент затеяли.

Нерейт сидит на скамье напротив. Те двое, которых я побила, исчезли. Их забрали, и с тех пор они не возвращались. Не знаю, что с ними стало, да и знать не хочу.

– Ну как, нравится? – спрашиваю у хааду про еду.

Тот презрительно кривится, показывая клыки. Хааду приготовленное мясо терпеть не могут.

– Хочешь говорить – говори, – не выдерживает Чарн.

Наклоняюсь к нему и кожей чувствую, как он трясётся.

– Наедине.

Чарн задумывается, как поступить. Но он не может показать, что боится меня. Чарн встаёт, и мы направляемся к столу, где почти никого нет. Все охранники в столовой нас видят, да и заключённые тоже. Садимся друг напротив друга, подальше от остальных.

Синяки под глазами у Чарна почти сошли. Только жёлтые следы остались. Он намного крупнее меня, но нервно жуёт проколотую нижнюю губу и теребит кольца языком. Лысина вспотела, но это, наверное, от жары.