Ревущая Тьма

Не прошли мы и трех шагов, как Бандит выстрелил из станнера, крикнув что-то на джаддианском. Оставив Танарана у стены, я бросился вперед. Отвлекаясь на помощь громадному пришельцу, я не увидел никого постороннего.

– Техник нас заметил, – не дожидаясь вопроса, сказал Хлыст. – Не знаю, кто именно.

– Черная планета! – выругался я, проскрежетав зубами. – К лифту, скорее!

Развернувшись, я схватил Танарана за руку и, перейдя на его язык, произнес:

– Liara doh!

«Быстрее!»

Под капюшоном были видны лишь серебристо-стеклянные зубы Бледного.

– Что происходит?

– Нужно спешить! – только и ответил я. – Liara!

Сьельсин не двинулся, лишь выпрямился настолько, насколько позволял тесный коридор. Приоткрыв рот, оно произнесло:

– Ты сражаешься со своими же людьми. Ради меня? Почему?

– Liara! – повторил я, потянув его за рукав.

– Ты глупец, – ответило Танаран.

– Не спорю, – согласился я, – но, если хочешь снова увидеть своих, придется слушаться глупца.

Вам когда-нибудь приходилось оказываться ночью в месте, хорошо знакомом днем? Чувствовали ли вы, как темнота и звездный свет превращают привычное место в чужое и зловещее? Так было в этом коридоре. Я ходил по нему тысячи раз, но тогда мне показалось, будто я никогда в нем не был. Ребристые стены, трапециевидный профиль и моргающие камеры таили в себе немую угрозу.

Мы забились в лифт. Бандит с Хлыстом вошли последними и заняли позицию у дверей.

– Велика вероятность, что внизу нас встретят? – спросила Сиран, тщательно проверяя, чтобы ее дисраптор был настроен на оглушение.

– Сейчас вряд ли, – ответил Бандит, – но рано или поздно встретят.

Двери с шипением открылись. Перед нами оказались двое потрепанных техников – лысых, бледных, в полосатой черно-серой форме.

– Нехорошо это, – произнес Хлыст, задержавшись у оглушенного техника. – Свои же.

Я обернулся на громадного Танарана, выбравшегося из лифта следом за мной.

– Наш сьельсинский друг с тобой согласен, – сказал я.

Хлыст скорчил гримасу и взглянул на Танарана со страхом и отвращением.