Эрагон. Возвращение

Ведь только сейчас – впервые с тех пор, как был убит Морзан, – у нас появилась хоть какая-то надежда застигнуть его врасплох! Он никак не думал, что нам удастся разгромить его армию ургалов – что нам удалось только благодаря вам с Сапфирой! – и он не подготовил Империю к возможному вторжению неприятеля.

«Вторжение, ха! – услышал Эрагон насмешливый голос Сапфиры. – Интересно, как она собирается убить Гальбаторикса, когда он вылетит на своем драконе и с помощью магии попросту сотрет войско варденов с лица земли?»

Эрагон пересказал Насуаде сомнения Сапфиры.

– Судя по тому, что нам сейчас о нем известно, – возразила Насуада, – он не станет сражаться до тех пор, пока сам Урубаен не окажется под угрозой. Пока мы не подберемся к логову Гальбаторикса, он, по-моему, и пальцем не пошевелит, даже если мы уничтожим половину его Империи. Да и с какой стати ему беспокоиться? К тому времени, как нам удастся до него добраться – если вообще удастся, конечно, – наши войска будут настолько обескровлены, что он с легкостью нас уничтожит.

– Но ты так и не ответила на вопрос Сапфиры! – запротестовал Эрагон.

– А я и не могу пока на него ответить. Эта военная операция требует длительной подготовки. Возможно, ты сам в итоге обретешь достаточно сил, чтобы победить Гальбаторикса; возможно, к нам присоединятся эльфы… Между прочим, их маги – самые могущественные в Алагейзии! Неважно, что именно произойдет впоследствии, но сейчас мы не имеем права откладывать начало решительных действий.

Грандиозность предлагаемых Насуадой планов встревожила Эрагона. Эти планы таили слишком много риска и неведомых опасностей и казались ему почти безрассудством. И все же решающее слово в данном случае оставалось не за ним. И он не собирался оспаривать принятое Насуадой решение.

«Пока что нам придется довериться ей», – мысленно сказал он Сапфире.

– А как же ты, Насуада? – спросил Эрагон. – Будешь ли ты в безопасности, когда нас здесь не будет? Я должен об этом думать, ибо теперь в мои обязанности входит и забота о том, чтобы в ближайшее время нам не пришлось хоронить и тебя.

Она слегка напряглась, потом небрежно махнула рукой и сказала спокойно:

– Не стоит за меня бояться. Я хорошо защищена.