Эрагон. Возвращение

Тяжело, конечно, все начинать с нуля, зато, как только ему удастся снова встать на ноги, он сможет прийти к Слоану с гордо поднятой головой. Но это, конечно, не раньше следующей весны. От этих невеселых мыслей Роран опять помрачнел.

Впрочем, он знал, что Катрина будет ждать его. По крайней мере, пока.

Погруженный в свои мысли, Роран шел неторопливым размеренным шагом и до Карвахолла добрался лишь к вечеру. Между домами виднелось развешанное на просушку белье; с полей, где зеленела озимая пшеница, тянулись в деревню вереницы людей.

А вдали, за деревней, сверкали в лучах заходящего солнца водопады Игвальды, где вода стеной падала со скал в реку Анору. Все здесь было таким родным и привычным, что у Рорана потеплело на душе.

Свернув с главной дороги, он по тропе поднялся на пригорок, где стоял дом Хорста, окнами смотревший на Спайн. Войдя в приветливо распахнутую дверь, Роран сразу прошел на кухню, откуда доносились оживленные голоса.

Хорст в расстегнутой рубахе с закатанными рукавами сидел за прочным грубоватым столом, опираясь о него локтями.

Его жена, Илейн, стояла рядом; с ее лица не сходила легкая улыбка затаенной радости: Илейн была на пятом месяце беременности. Их сыновья Олбрих и Балдор сидели напротив, и Роран успел услышать конец фразы, сказанной Олбрихом:

– …Я еще и из кузни выйти не успел! Тэйн клянется, что видел меня, а мне еще через всю деревню нужно было пройти.

– Что случилось? – спросил Роран, сбрасывая заплечный мешок.

Илейн и Хорст переглянулись.

– Нет уж, сперва я тебя покормлю! – решительно сказала Илейн, ставя перед ним хлеб и тарелку с уже остывшим рагу.

Она заботливо заглянула ему в глаза, словно желая что-то там прочесть, и спросила: – Ну, как там?

Роран пожал плечами.

– Все деревянные постройки, что не успели сгореть, почти полностью сгнили – в общем, использовать ничего нельзя. Колодец, правда, полон, хоть это хорошо. Но мне придется как можно скорее рубить лес и строить дом, если к посевной я хочу иметь крышу над головой.

А теперь вы рассказывайте, что тут опять стряслось.

– Ха! – воскликнул Хорст. – Да уж, тут много чего стряслось! У Тэйна коса куда-то пропала, так он считает, что это Олбрих ее стащил.

– Он ее, небось, сам в траву где-нибудь положил да и забыл, – фыркнул Олбрих.

– А что, вполне возможно, – усмехнулся Хорст.

Роран с наслаждением впился зубами в свежий хлеб и пробормотал:

– Да и какой ему смысл тебя-то винить? Уж косу-то ты себе запросто можешь выковать.