Байки старой Луизианы

Джефф перестал ругаться с Филлипсом и сел в кресло рядом с ней. Филлипс же бросил на него очередной презрительный взгляд и встал в стороне с недовольным лицом. Впрочем, у него всегда было недовольное лицо.

Киндерман задумался.

– Честно говоря, дорогуша, мне довольно сложно сформулировать мое мнение. Я пришел сюда за легендами для своей статьи, а в итоге не понял и половины из того, что говорил тот человек.

Лорейн согласно кивнула.

– Да, я даже не слышала о таком. Вуду. Лаво. Кто это?

Джеймс усмехнулся.

–Вы приехали в Луизиану не знаете даже самых простых вещей?

Джефф повернулся к нему и саркастически изогнул бровь.

–Так просвети нас, дружище.

–Лаво– Королева Вуду. Одна из самых влиятельных женщин Нового Орлеана.

2

Говард зашел в одну из спален и запер за собой дверь. Он провел весь день на ногах и сейчас все, чего он хотел, это принять душ и немного отдохнуть.

Он открыл дверь в ванную комнату. Увидев вместо стандартной душевой кабины старую ванну на ножках, Говард удрученно уткнулся лицом в ладони.

Черт, это совсем не то место, где я хотел оказаться, выйдя сегодня из дома.

Он устало вздохнул и, скинув с себя запыленную одежду, залез в ванну и включил горячую воду. После столь долгого дня горячая вода показалась ему пиком блаженства.

Говард был гениальным архитектором, но в связи с многочисленными стрессами, на него обрушился небольшой личностный кризис, лишивший его впоследствии всех его идей.

Он думал, что путешествие в Новый Орлеан поможет ему, вдохновит на новые проекты.

Как? Как можно было так облажаться? У меня было все! А без моих проектов… Кто я теперь?

Он с силой ударил кулаком по стенке ванны. Часть воды выплеснулась наружу, и по полу стали растекаться небольшие лужи.

Брав билеты в Новый Орлеан, Ричардсон рассчитывал совсем на другое. И когда ему предложили посетить один из самых старинных особняков города, ухватился за это, как за последнюю возможность.

Стремясь вырваться из омута тревожных мыслей, он резко вылез из ванной и, повязав на пояс махровое полотенце, подошел к зеркалу.

Его трясло, и он никак не мог справиться со своим состоянием. Судорожно вцепившись пальцами в края раковины, Говард уставился на свое отражение.

Несколько минут он смотрел себе в глаза, но не в силах вынести своего же взгляда, уставился в сливное отверстие.

В это мгновение его глаз пронзила острая боль.