Ведьмин дом

Телевизор размером с бильярдный стол облюбовал верх над камином и практически всегда работал, создавая белый шум. Я поглядела наверх и заметила, что мама повесила две новые каскадные люстры, которые едва не свисали до пола. Позади дивана обнаружились лампы, напоминающие засохшие ветки. Окна выходили на задний сад, где виднелись цветы и качели. Но самым любимым для меня был балкон с темно коричневыми перилами. Он расположился над гостиной, и там стояли кресла, словно сделанные из сахарной ваты. Мы с мамой могли проводить там весь день, читая книги.

– Чего тебе? – спросил Килиан, не взглянув на меня, конечно, он же лидировал в гонке.

Брату восемнадцать, и он сильно походил на отца в молодости. Только папа был джентльменом даже в юном возрасте, а Килиан – раздолбай. Каштановые волосы торчали в разные стороны и закрывали красивое смуглое лицо. Глаза брата собрали в себе несколько цветов. Серый, голубой и зелёный. Тонкий, но внушительный нос у него был в отца, а у отца в деда. О да, таким носом можно было клюнуть, но мне всё нравилось.

Килиан постоянно сжимал губы, отчего те становились узкими и безобразными. А ещё он любил их жевать. Отвратительное зрелище. Казалось, он сожрал красноту, ибо губы стали бледно-розовыми. Килиана считали самым симпатичным мальчиком в лицее. Ещё бы.

– Как дела? – я присела на край дивана.

– Все окей.

Как же меня бесила фраза «все окей».

– Мне жаль, что вы расстались с Элизабет, – я всегда старалась называть её полным именем.

– С кем? – Килиан на долю секунды приподнял бровь.

– С Лиззи, – я растерялась.

– А, да. Печально, – ответил он, но я не ощутила и крупицу печали.

Врунишка.

– Ты поэтому не навещал меня? – я решила подсесть к нему поближе.

– Отойди, ты мешаешь! – крик Килиана заставил съёжиться.

Мне сделалось не по себе, словно я пытаюсь втереться в доверие к незнакомому человеку.

– Ладно. Ладно, – я подвинулась обратно.

– Не хочу говорить о Лиззи или о чем-то ещё.

Я занят. Уходи! – он сказал это с такой злостью, что кольнуло в груди. Я едва не заплакала. Слезы застряли в гортани, и накатила осязаемая боль.

– Ладно, – я с трудом взяла себя в руки и вышла из гостиной.

– Черт! Все из-за тебя, Рири! – я вздрогнула от ора Килиана. – Я проиграл из-за тебя!

Может, я действительно сделала нечто ужасное? Даже брат меня ненавидел.

В крохотном зале продолжал петь Elvis Presley.