Забытые боги

Убегала в лес, гуляла по ночам. Мама частенько была не на шутку обескуражена, видя, как у её дочери проявляются бойцовые замашки, и то и дело старалась внушить, что я должна вести себя как девочка, а не как сорванец.

Отец же в этом вопросе был более терпим и дальновиден. Он считал, что всему своя пора, товарищи детских игр превратятся со временем в юношей, что будут увиваться за мной, и я пойму, что главная жизненная задача каждой девушки – выйти замуж и продолжить «свой род». «Диина просто очень живой ребёнок,» говорил отец постоянно, «Ещё успеет постичь истину, что семья превыше всего.

» Глава с ним не соглашался.

– Да-а-а, – протянул он. – Жалко старика, – такую явную печаль нельзя сыграть, он и правда сожалел.

– Глава, у меня есть письмо вам от Йолдера. – быстро достала бумагу, протянула ему, а сердце упало в пятки.

– Читай, у меня зрение и так не очень хорошее, а в такой темноте и подавно, – скрестив руки, он посмотрел на меня с неким недовольством.

Гаден без сомнения похож на отца.

Дескар Главата маленький, хрупкий, порой не совсем вежливый мужчина с отсутствующим взглядом. Когда была маленькой, этот его взгляд пробирал до дрожи, пробуждал некий страх, словно я смотрела в глаза мёртвой рыбе. Такое же квадратное лицо, вот только шея пошире и покороче.

Волос на голове не осталось, отчего на лысине всегда прыгали солнечные зайчики. Глаза бесспорно одни и те же, только у главы верхние веки от морщин сползли на нижние, закрывая некогда блестящий, красивый, медовый цвет.

Сейчас этот оттенок был едва заметен. Сморщенные губы, свисающие щёки превратили его в молодого старика. Мой отец помоложе будет, да и охотники почему-то позже стареют.

– Тут совсем немного, – раскрывая бумагу, сильно разволновалась, поэтому буквально протороторила слова, а не прочла.

– Хм-м, – худощавые пальцы почесали лысину. – Раз он так пожелал, пусть всё будет твоим.

Вот так просто? Ни возмущений? Грозных отрицаний не будет? Пусть будет твоим и всё? Вопросы так и давили на мой мозг.

– Вы хотите сказать, что я могу забрать себе этот дом? Без лишних возражений? И книги оставить себе?

– Конечно. Хочешь, всей семьей живите. Дом крепкий и его никогда не трогали, – он пожал плечами и даже улыбнулся.

– Отец не захочет в нём жить, – это я знала наверняка.

– Об этом поговорите лично, я ему только сообщу, что согласился с просьбой Йолдера.