Особая жестокость

Связалась же ты с плохой компанией, – засыпая в турку кофе, произнёс Андрей. Ирина пока жарила яйца.

– Да что там шуточки. Я напилась впервые за полгода.

– Рудов поставил две чашки кофе на стол. Достал конфеты и фрукты. Психолог уже разместила там же яичницу с колбасой и бутерброды с сыром. Они только сели завтракать, и телефон зазвонил у Ирины.

– Доброе утро. Не могу вас найти. Нужна консультация, – произнесла в трубку Яна.

– Здравствуйте, скоро подъеду. Не телефонный разговор?

– У нас новая жертва.

– Андрей, что ли? – спросила Ирина, чуть не подавившись кофе.

– Просто у него нет алиби на момент всех преступлений и ещё он странный.

– А по новому трупу время убийства известно?

– Практикант, который приехал на место преступления, сказал, что время смерти с одиннадцати до часу ночи. Откуда знаете про новый труп?

– Я слушала разговор Андрея и Антона. Судмедэксперт был со мной в баре с одиннадцати вечера до четырех утра, сейчас он рядом.

– Понятно, – смущенно сказала Яна. – Пусть Рудов перезвонит нам, когда сделает вскрытие.

– Хорошо, я передам.

Ирина положила трубку, судмедэксперт вопросительно смотрел на неё.

– Две новости. Хорошая – тебя подозревали, но наш совместный поход в бар обеспечил тебе алиби. Плохая – теперь пойдут сплетни о нас.

Андрей подошёл к Ирине и поцеловал её в губы.

– Ненавижу безосновательные слухи, – прокомментировал он.

– Собираемся, а то отговорки про пробку уже не помогут.

– Да, нам пора.

Утро Яны и Антона было не столь романтическим, как у их коллег. Скорее производило жутко-комический эффект. На полу валялась нарезанная картошка, отварная курица, морковь и укроп. Лицо мужчины было жирным от бульона, ошпарено кипятком и искажено гримасой боли. Остальные части тела, вероятно, облили обычным кипятком. Мучения прекратили с помощью ножа. Жирно-кровавое пятно осталось на обивке стула.

– Убийца сварил суп? – удивленно спросил Антон.

– Возможно. Или просто подогрел, – откликнулась Яна.

– Повар, который обладает медицинскими знаниями. Отличный у нас преступник. Мастер на все руки.

– Может, суп был невкусный. Этого мы не узнаем, – с иронией заметила девушка.

– У тебя профессиональная деформация. Неуместный черный юмор.

– Прости, видимо, защитная реакция. Уже четвёртое убийство, а мы ничего не можем сделать.

Жена Павла с грустью взглянула на Яну.

– Нет, я суп не готовила.