Амброзия

Горячая вода оказалась целебной для ноющих мышц, а горячий пар успокаивал легкие.

Может быть, всему виной мучительное, душераздирающее одиночество, душившее меня в камере, но мне было трудно оторвать от него взгляд.

Но когда до меня донесся аромат жарящегося мяса и розмарина, я вдруг ощутила смятение и замешательство, не зная, что делать со своими первобытными желаниями. Хотелось ли мне позаботиться о Торине, проглотить его живьем или оседлать? Я больше не знала наверняка.

Может быть, какая-то комбинация всего и сразу.

Он поймал меня на подглядывании, и мои щеки вспыхнули.

– Ава, – тихо произнес он, – я думал, мы договорились смотреть в разные стороны.

Я резко обернулась, мои щеки пылали.

– Ты бы не узнал, что я смотрю, если бы сам не подглядывал. – Не слишком ли по-детски я отвечаю? Может быть.

Позади себя я услышала звук воды, стекающей с тела Торина, пока он мылся, затем звук его ног на деревянном полу. Я почувствовала разочарование, но выходить из воды мне не хотелось. В данный момент ванная была райским оазисом.

Пока он одевался, я не отрывала взгляда от пола.

Минуту спустя Торин опустился на колени рядом с очагом и принялся переворачивать вертел с птицей. Чистая белая рубашка, которая теперь обтягивала его мышцы, оказалась на несколько размеров меньше.

У меня потекли слюнки, желудок скрутило от сильного голода.

– Фазан, должно быть, уже готов?

Честно говоря, я бы съела его и сырым. Совершенно сырым. Еще один поворот вертела.

– Пока не совсем. Мы не ели несколько дней, так что можно и приготовить что-нибудь вкусненькое.

– Если ты заставишь меня ждать еще немного, я могу в конечном итоге съесть тебя. Мне кажется, что здесь я обретаю тесную связь со своей демонической стороной, Торин.

– Звучит до странности заманчиво. – Его глаза блеснули, когда он повернулся и посмотрел на меня. – Полагаю, я мог бы дать тебе несколько ягод, но остальные я положу в соус из портвейна…

Я продемонстрировала ему свои клыки.

– Я начну с твоих плеч, Торин, зубами вырву куски твоих великолепных мышц.

У него промелькнула улыбка, и он встал.

– Не так давно ты беспокоилась о состоянии моих ног. А теперь хочешь съесть меня живьем.

Он протянул мне маленькую деревянную мисочку с фиолетовыми ягодами.

– Во мне множество личностей. – Я положила ягоду в рот и сдавила ее зубами. Божественно. Пробовала ли я когда-нибудь что-то настолько вкусное? – Я бы поделилась с тобой, но боюсь, что Благие и Неблагие – древние враги.