Амброзия

Может, она чувствовала присутствие Благого короля? В ее взгляде читалась печаль, а верхняя губа скривилась, обнажив смертоносно острые клыки.

Я отшатнулась.

Она запрокинула голову, и ее шляпка с перьями упала в воду. Она открыла рот и издала громкую, жалобную песню, в которой я распознала лишь одно слово – Изавель, за которым последовало слово Моргант.

Мой пульс участился.

Это уже не казалось таким дружелюбным, и я бросилась обратно в листву. С другой стороны в ночи эхом разносились топот и треск веток.

Не успела я в полной мере осознать опасность, как острая боль пронзила сначала плечи, а затем поясницу. Из легких тотчас выбило весь воздух от агонии, охватившей мышцы и кости. Я упала на сырую землю и услышала, как Торин позвал меня по имени. Он подхватил меня на руки, крепко прижал к своей обнаженной груди и побежал.

По мере распространения яда мышцы сводило судорогой, и я из последних сил цеплялась руками за шею Торина.

– Это было ошибкой, – произнес Торин, резко остановившись, и опустил меня на землю.

Спину пронзила боль, и я перекатилась по мшистой земле. Затуманенным взглядом обвела лесную подстилку в поисках Торина. Как у святого Себастьяна, из его обнаженной спины тоже торчали дротики, и он изо всех сил пытался приподняться.

На четвереньках подполз ко мне и выдернул дротики из моей плоти. Я потянулась к нему, чтобы помочь, но тут чей-то ботинок пригвоздил его к земле, а меня отдернули назад.

5. Ава

Я перевернулась и уставилась на мужчину, вдавившего в спину Торина. Это оказался рослый фейри с широкими плечами, закованный в бронзовые доспехи. На его рогах покоилась корона из позолоченных скорпионов, а длинные белые волосы ниспадали ему на спину.

Я с трудом сглотнула.

– Стойте. – У меня пересохло во рту, и я больше не могла ясно мыслить. – Отпустите его. Ему здесь не место.

Но понимал ли он меня и что я говорю?

У него за спиной простирались черные крылья.

Фейри взглянул на меня, прищурив свои янтарные глаза. Затем медленно убрал ботинок со спины Торина.

Торин перевернулся, резко вырвал дротики и обеими руками схватил фейри за ногу, вывернув ему лодыжку в одну сторону, а колено – в другую.