Тёмные отражения

Чем обязан вашему визиту?

Неловко поклонившись в ответ, Павел назвал свое имя и протянул Матфееву его визитную карточку.

– Очень рад вас видеть. Прошу, садитесь, – Матфеев сделал приглашающий жест в сторону кресла.

Хозяин квартиры был высокий, подтянутый мужчина лет пятидесяти. В длинных, густых, зачесанных назад темных волосах лишь местами пробивались редкие седые нити. На узком вытянутом лице с острыми угловатыми чертами резко выделялся большой крючковатый нос с горбинкой. Глаза скрывали очки с темными зеркальными стеклами.

– Прошу извинить меня за скудность обстановки: я здесь временно, проездом. – Разговаривая, Матфеев слегка шевелил кончиками пальцев, будто старался освободиться от налипшей на них невидимой паутины. – Букинист, должно быть, сказал вам, что меня интересует книга, которую вы купили у него вчера.

– Меня тоже интересует эта книга, именно поэтому я и пришел, – сказал Павел.

– Она у вас с собой.

То, что это было скорее утверждение, нежели вопрос, Павлу не понравилось, поэтому он и ответил:

– Нет, она осталась дома.

– Вы говорите неправду, – с укором произнес Матфеев. – Книга лежит у вас во внутреннем кармане плаща.

– Откуда вам это известно?

Матфеев сделал неопределенный жест рукой: какая, мол, разница, известно – и все тут.

– Покажите мне ее! – Это прозвучало почти как приказ. – Прежде чем продолжать разговор, я должен убедиться, что это именно то, что мне нужно.

Павел достал книгу и, держа ее обеими руками, протянул Матфееву так, чтобы он мог рассмотреть обложку.

Матфеев, весь напрягшись, подался вперед. Пальцы его нетерпеливо подергивались, казалось, он готов был вырвать книгу из рук Павла.

– Да, это она, – сказал Матфеев. Внимательно рассмотрев книгу, он вновь, расслабившись, погрузился в кресло.

– А что вы можете предложить? – растерялся от неожиданности Павел.

– Все, что хотите, – приподняв руки с колен, Матфеев слегка развел их в стороны. – Практически все.

– Прежде всего я хочу знать, что это за книга.

И Павел снова убрал книгу в карман, давая тем самым понять, что не торопится с ней расстаться.

– Это книга по алхимии. – Голос Матфеева стал безразлично ровным. Слишком уж безразличным.