Любить нельзя, или Бежать, не оглядываясь

Красивый, молодой и статный мужчина. Мог выбрать любую понравившуюся девушку, а выбрал Кэтти. Стервозную, высокомерную девчонку, при чём не самой выдающейся внешности.

– Тара, что-то случилось? – мама вошла в комнату и присела рядом. Положила мою голову себе на колени и погладила меня по волосам.

– Всё хорошо мам, – ответила я и прикрыла глаза рукой. Я не хотела размусоливать тему, на которую мы ведём беседы уже как два года, со дня смерти Тома.

– Доченька я знаю тебя лучше кого-либо, – сказала мама, – давай поговорим, не замыкайся в себе.

– Это сложно мам.

– А ты расскажи, может я пойму.

– Просто дело в том, что Лесс общается с Кэтти, – мой голос дрогнул, слёзы навернулись на глаза, мне стало так обидно и противно от всего. Дело было не в Кэтти, ни в Лесси и даже не в Сейде, просто я зациклилась на смерти брата, я не могла этого принять, – я ненавижу её! Не могу простить!

– Тара нельзя так долго мучать себя, отпусти брата и прости Кэтти, – тихо прошептала мама, – она не виновата в той аварии, так сложились обстоятельства.

– Но за рулём была она, это она вела машину, они разбились по её вине, – всхлипнула я, сдерживая слезы и злость, – только она выжила, а Том нет.

– Ты после аварии, так и не говорила с ней, – заметила мама. Повернула моё лицо к себе и поцеловала в нос. – не делай поспешные выводы.

– Не говорила и не хочу, – в горле стоял ком от обиды, слёзы сами наворачивались. На душе повис неподъёмный камень, груз печали и скорби. Эту утрату я не могла принять даже спустя два года.

– Поговори с ней, не мучай себя, – посоветовала мама и погладила меня по голове, – ты будешь удивлена, как быстро твои мысли придут в норму. Нет такой вещи, которую нельзя обсудить.

– Не могу, – я заскулила от собственной жалости к себе.

– Ты должна продолжить жить дальше, нельзя зацикливаться на прошлом. Мёртвые – мертвы, но ты ведь жива. А ведешь себя, словно в тот день погибла сама.

– Я-то, мам живу, – слёзы уже текли по щекам, я не могла из сдержать, – а он нет.

– Тара, приди в себя. Сколько бы ты её не винила, тебе лучше, от этого не станет. Поговори с ней, отпусти Тома. Он наверняка бы хотел, что бы ты жиля счастливо, а не в угрызениях совести.

– Не хочу, мама я правда не хочу, – я закрыла лицо руками.

– Поговори или выгоню тебя из дома, – голос мамы был спокойный. Она говорила не всерьез, скорее она хотела сдвинуть меня с той точки на которой я застряла. – Шучу.